Книга Дом Вечности, страница 67 – Мара Вульф

Лифт останавливается, и дверцы разъезжаются в стороны. В кабину входит Эмбер, и я с трудом подавляю стон. Только ее мне и не хватает.

— Эйвери, – произносит она высокомерным тоном, который я ненавижу с самого детства. – Я иду обедать с отцом и Аттикусом. У тебя наверняка нет на это времени.

— Для обеда ты как-то слишком вырядилась, – замечаю я. Вместо полупрозрачного платья на ней белые кожаные брюки, плотно облегающие ноги, и кружевная блузка с пышными рукавами, заканчивающаяся прямо под роскошной грудью, открывая ее перламутровые линии времени на животе. Ее туфли на высоком каблуке точно того же цвета. Я не спрашиваю, где она их достала, хотя мне очень интересно. Мои же коричневые ботинки полностью покрыты грязью, потому что я весь день провела в районах, где дороги после вчерашнего дождя снова превратились в болота. Никто больше не утруждает себя чисткой канализации, поэтому затхлая вода стоит прямо на улицах. Когда Эмбер морщит нос, я догадываюсь, что от меня, наверное, тоже воняет.

Лифт снова останавливается, и на этот раз в кабину входит Аттикус.

— Эмбер, – приветствует он ее.

Она делает шаг к нему и подставляет щеку. Немного поколебавшись, он слегка касается ее губами и тут же отстраняется. Двери закрываются.

— Эйвери. – Как и всегда, его взгляд скользит по мне сверху вниз. К счастью, я успела скрыть под рукавами мои побледневшие линии. – Как прошел сбор?

— Нормально, – уклончиво отвечаю я, избегая встречаться с ним глазами и нервно постукивая кольцами по перилам.

— Ты как-то быстро вернулась, – очень точно замечает Аттикус. – Спустя час, не больше?

— А тебе-то какое дело? – раздраженно спрашивает Эмбер. Видимо, хочет, чтобы он интересовался только ею одной. Интересно, чем она сегодня занималась? Сделала депиляцию всего тела? Я ужасная сестра!

— Она всегда добивается того, к чему стремится. Правда, Эйвери? Всегда идешь напролом.

— Не всем дано быть такими утонченными и дипломатичными, как ты. Иногда приходится действовать силой, – сладко улыбаюсь я.

— Лучше бы с меня пример брала, – снова вмешивается Эмбер. Она берет его под локоть и прижимается к нему. – Меня все любят.

Я закатываю глаза. Аттикус ничего не говорит, но, по крайней мере, и не соглашается с ней.

— Я подумываю об этом, – говорю я, все еще натянуто улыбаясь. – На самом деле мне тоже нужен такой красивый и сильный мужчина, чтобы держаться за него, если я вдруг не смогу стоять на ногах.

Уголки губ Аттикуса подозрительно подергиваются, хотя он по-прежнему позволяет Эмбер на себя вешаться.

Я бросаю взгляд на ее туфли.

— В отличие от тебя, на этих туфлях я могу ходить сама, – фыркает сестра. – Для этого мне даже не нужен мужчина.

— Но он и не помешает, – добавляю я.

Кто бы мог подумать: она в кои-то веки уловила оскорбление. Тихие аплодисменты моей сестре! К счастью, лифт останавливается прежде, чем мы успеваем вцепиться друг другу в глотки, и они оба выходят из кабины. Интересно, рассказывал ли наш отец Эмбер о том, насколько мы с Аттикусом были близки, или она знает лишь слухи? В то время это не было секретом. Но сплетничать – пустая трата времени. И все же это не значит, что кое-какие слухи не расползлись. Если она знает, то предпочитает притворяться, будто ничего не замечает, – как и всегда, когда ее что-то смущает.