Книга Энчантра. Тринадцать клятв, страница 34 – Кейли Смит

Первые десять минут она плелась за Роуином, указывающим на каждый уголок, который, по его мнению, мог оказаться полезен, и объясняющим, что каждый раунд Охоты – немного иная версия игры со своим набором правил. Похоже, вариантов было бесконечно много, но он предположил, что его братья и сестра будут придерживаться своих любимых.

— А ты? – спросила она, когда они зашли в бальный зал. – У тебя есть любимая игра, о которой мне следует знать?

Он задумался, пока вел ее по просторному мраморному танцполу.

— Мне очень понравилась та, где я прошу тебя что-то сделать, а ты просто, черт подери, берешь и отказываешься.

— Какое совпадение, я тоже люблю эту игру, – заметила она, когда они подошли к подножию парадной лестницы. – Знаешь, если бы ты постарался быть со мной добрее, то, возможно, обнаружил бы…

Закончить мысль она не успела – Роуин вдруг оказался прямо перед ней. У нее перехватило дыхание, когда он придвинулся ближе, обхватил ее за талию и прижал спиной к перилам. Полуприкрыв глаза, он наклонился к ее левому уху – ее руки оказались зажаты между ними, ладонями на напряженных мышцах его жи- вота.

— Расслабься, – прошептал он, – и попробуй притвориться, что наслаждаешься нашей близостью. За нами наблюдают.

Женевьева прерывисто вдохнула, когда Роуин склонился настолько низко, что его губы почти коснулись жилки на ее шее, но потом он резко выпрямился и посмотрел на верхнюю ступеньку лестницы.

— А, это Грейв, – пробормотал он.

Женевьева подняла взгляд и увидела мужчину. Очень крупного мужчину. Немного знакомого…

Незнакомец из зеркального мира, вспомнила она. Точно он. Через мгновение он исчез.

— Я думал, это может быть Нокс, – объяснил Ро- уин.

— У обоих какая-то угрожающая аура, – признала Женевьева. Ее слова прозвучали немного прерывисто оттого, сколь близко его губы оказались к ее коже.

В глазах Роуина промелькнула искорка удивленного веселья, но исчезла так же быстро, как появилась, – каменная маска вернулась на место, и он спросил:

— Продолжим?

Женевьева посмотрела на него с изумлением.

Ее поражало, как резко он переходил от страсти к холоду, как легко изображал близость, когда ее сердце бешено колотилось в груди.

— Думаю, пора заканчивать экскурсию, – сказала она, отводя взгляд. – Мне еще нужно сделать прическу перед церемонией.

Он поднял бровь.

— Ты отказываешься от стратегии ради прически?

Она пожала плечами.

— Раз меня тащат к алтарю, я хочу хотя бы выглядеть потрясающе. Первая свадьба бывает только раз.

— Ты смертна. Ты умрешь только раз, – пробормотал он и пошел вверх по лестнице, не оглядываясь.

Женевьева фыркнула и направилась в противоположную сторону – обратно в гостиную. Она понимала: он прав, у нее действительно есть дела поважнее прически или платья, но по-прежнему сомневалась, что готова до конца осознать серьезность ситуации.

— Охота то, дьяволы се, – пробормотала она, проходя через фойе. – Если я буду ужасно выглядеть в день свадьбы, то стану самым страшным существом в этом доме…

Внезапно в коридоре с портретами раздался стон, и Женевьева остановилась.

Она пошла в направлении звука и заметила, что дверь в одну из комнат приоткрыта и изнутри доносится странное шипение. Замедлив шаг, она на цыпочках подошла к щели, заглянула внутрь и дождалась, пока глаза привыкнут к свету. Она разглядела силуэт мужчины, стоящего к ней спиной посреди спальни.