Книга Новое тело для попаданки, страница 39 – Ариана Рос

— Леди Мара, — он переминается с ноги на ногу, — вы не могли бы… я тут… ну, запачкал. Декан Том сказал, что вы теперь ассистентка и можете…

— Садись, — я киваю на стул, — Снимай повязку.

Он садится, осторожно разматывает бинты. Рана под ними чистая, заживает хорошо.

— Неплохо, — говорю я,— Кто тебя до этого перевязывал?

— Сам, — он криво усмехается, — Пытался. Не очень вышло.

— Вижу, — я беру новые бинты и мазь, — Держи руку.

Он послушно вытягивает руку. Я работаю быстро, аккуратно. Вениам смотрит на мои руки внимательно, с каким-то особым благоговением.

— У тебя хорошо получается, — говорит он, вдруг переходя на «ты», и я не возражаю, — Лучше, чем у некоторых целителей, которых я видел.

— Спасибо, — отвечаю я, не поднимая глаз.

— Ты где училась? Ну, до того как пришла к нам?

Я молчу. Он, кажется, понимает, что спросил что-то не то, и не настаивает.

— Ты сегодня полы мыл, что так испачкал повязку? — спрашиваю я, чтобы сменить тему.

— В точку, — он усмехается, — За то, что склянки разбил. Господин Роберт сказал — никакой магии, только руки. Знаешь, мне даже понравилось. Вода тёплая, мыло приятно пахнет. А ты любишь мыть полы?

Я поднимаю на него глаза. Он улыбается — открыто, без тени фальши.

— В жизни не пробовала, — вдруг отвечаю я, осознанно соврав, — В лесу мы полы не моем.

— А что ты делаешь в лесу? — он смотрит с интересом.

— Всё, — говорю я, затягивая узел на повязке, — Травы собираю, зелья варю, раны зашиваю. От монстров убегаю.

— От монстров? — он поднимает бровь, и в его глазах мелькает озорная искра.

— Шучу, — я смеюсь, — Ну почти...

Вениам смеётся в ответ. Низко, по-мужски. Я смотрю на него и думаю, что он, наверное, мой ровесник или чуть младше.

— Готово, — говорю я, отступая на шаг, — Не мочи, не трогай. Через два дня на перевязку.

— Спасибо, Мара, — он поднимается и смотрит на меня уже серьёзно, — Ты очень добрая. Не то что некоторые…

Он не договаривает. Кивает и выходит.

Я остаюсь одна, собираю грязные бинты, раскладываю чистые. Мысли снова возвращаются к Роберту, к его признанию, к хризопразу. В груди камнем оседает тяжесть.

Дверь снова открывается.

— Я забыл спросить, — Вениам стоит на пороге. В его руках — цветок. Я никогда не видела таких. Лепестки нежно-розовые, почти прозрачные на краях, переливаются в свете лампы, словно внутри них течёт жидкое золото. Бутон крупный, тяжёлый, но стебель тонкий и изящный. Аромат нежный, сладковатый с нотками ванили и чего-то неуловимо пряного.

— Это тебе, — он протягивает цветок, — За помощь. Я… ну, просто спасибо.

Я беру. Лепестки прохладные, бархатистые. Запах окутывает, приятный, успокаивающий.

— Спасибо, — говорю я, — Он невероятный. Откуда он?

Вениам смущается. Отводит взгляд, трёт затылок.

— В теплице, у травников, — говорит он тихо, почти шёпотом, — В лаборатории Тома. Такие цветы там… ну, их немного. Я один взял… для тебя… Надеюсь, не заметят.

— Ты украл? — я поднимаю бровь, но не могу сдержать улыбки.

— Одолжил, — он поправляет меня, — Для хорошего дела.

Я смотрю на цветок, потом на него.

— Ты рисковал.

— Стоило того, — он пожимает плечами, но в глазах — смесь гордости и смущения, — Ты заслуживаешь красивых вещей, таких же прекрасных как ты, Мара.

Его слова — простые и искренние — на секунду пробиваются сквозь мою броню. Захотелось улыбнуться в ответ.