Книга Обещание на крови, страница 130 – Лиз Мистри

Непрошеный, в ее голове возник образ – воспоминание, мелькнувшее перед глазами; оно заставило ее остановиться и поднять руку в перчатке ко лбу. Только не сейчас. Пожалуйста, только не это! Но предательский разум не дал ей сделать свою работу. Образы хлынули потоком – разворачиваясь перед ней, словно короткие видео в соцсети, только замедленные, чтобы причинить ей еще больше боли. Грудь сжало тисками, и она резко вздохнула, прислонившись спиной к дверному косяку, чтобы не упасть, и разглядывала себя – десятилетнюю, защищающую близнецов, – как разглядывают муху на стене.

Стоит ей услышать, как кто-то барабанит в дверь, она тут же понимает, что это полиция. Она вскакивает на ноги и вместе с Мхаири крадется из передней спальни. Пальцы Мхаири липкие, и ей хочется отнять руку, но она ведь старшая сестра. Это ее работа – держать сестру за руку. Надо заставить ее принять ванну – и не только ее, но всех троих, – но в ванной страшно, и снаружи растет размашистое дерево, похожее на бугимена, пытающегося пролезть в окно. А где Саймон? Им нужно держаться вместе – всем троим.

Она приоткрывает дверь наверху лестницы и слышит голоса за входной дверью – мужской и женский, принадлежащий миссис Вуд из квартиры ниже. Чертова сучка, вот она кто. Ведет себя так, будто она лучше нас, – по крайней мере, мама всегда так говорила. А Джеззи ничего не имела против нее, потому что порой она давала им сладости – лимонный щербет, – и они прятали их под матрасом, а потом долго, часами сосали.

– Иди сюда, тупица. Посмотри, что тут происходит. – Мужской голос звучит мерзко, и по спине маленькой девочки словно скребут острым, как мать скребла по ее коже щеткой для чистки ногтей. Она не хочет, чтобы они заходили. Пожалуйста, пусть они не заходят. Но ему отвечает кто-то еще – другой голос, – и звучит он успокаивающе.

– Не проблема, сэр. Давайте я первый.

Мхаири сжимает ее руку.

– Чего они хотят, Джеззи?

И хотя ее сердце беспокойно колотится, она улыбается и притягивает девочку к себе.

– Наверное, ничего. А где Саймон?

И тут Саймон, выпуская зловоние гниющего мяса, открывает дверь маминой спальни. Руки он держит за спиной. Они наверняка покрыты всякой дрянью, но у нее нет времени его отчитывать, и она, строго глядя на него, шепчет:

– Что я тебе сказала насчет походов туда, Саймон? Это отвратительно, и там воняет.

– Вечно он там торчит, – говорит Мхаири и улыбается, предвкушая, что брату сейчас достанется.

– Не я, Мхаири. Это ты туда вечно ходишь.

Но Джеззи уже слышит, как колотят в дверь, и знает, что у них не так много времени.

– Ш-ш-ш, вы оба. Мы же не хотим, чтобы они нас услышали?

Джеззи тянет детей обратно в комнату, Саймон закрывает за ними дверь, перекладывает ковры, которыми они устлали пол, и встает возле девочек на колени.

– Может, нам спрятаться, Джеззи?

Стук становится все громче. Пройдет не так много времени, прежде чем мистер Успокаивающий Голос придет. Она крепко зажмуривается и закрывает уши ладонями, не желая слышать звук скрипящих лестничных досок.

– Пойдем. Надо спрятаться. Быстро. Назад в комнату. Спрячемся под покрывалами, и они нас не заметят.

— Жасмин? Жасмин? Констебль Соланки, вы с нами?

Джеззи посмотрела на криминалиста, застывшего посреди кабинета. Патологоанатом Ламонд Джонстон, слегка нахмурив лоб, изучающе смотрел на нее.