Книга Истинная двух Альф. Найти и Спасти, страница 64 – Алексия Эм

После укола, он перестал стонать и снова настала тишина.

Я вернулась к койке. По пути подняла с полу бутылочку с водой и сделала пару глотков. Делать приходилось всё одной рукой. Пусть кости и остались целы, но кисть реально болела. Пора было заняться самолечением. Обильно смазала кисть мазью из тюбика, подождала пока она немного впитается и лишь потом воспользовалась бинтом. Читать инструкцию на тюбике не было желания. Поэтому сделала так как посчитала нужным. Завершив медицинские процедуры, снова легла на койку и свернулась калачиком. Есть не хотела, спать тоже. Осмотрела клетку и поняла, что лучше не есть и не пить много. Ведь в клетке нет отхожего места. А представив, что мне придётся что-то делать при постороннем мужчине, так ещё и под наблюдением того, кто говорит со мной через динамик, мне стало дурно.

Прикрыть свою наготу мне было нечем. Простынку забрали, а чехол матраса был из чего-то очень прочного. Да к тому же даже если бы смогла порвать его, то уверена наблюдатель тут же бы прислал кого-то чтобы у меня забрали и матрас, и чехол.

Время. У меня было только оно. Хотя нет, была ещё тишина, тихое размеренное дыхание Джека в углу, и непрошенные мысли и воспоминания.

Не зная сколько у меня, будет времени, я начала погружаться в свои самые давние воспоминания. С того самого момента, как папа разбудил меня. Теперь-то я знала, что Алексей Суворов не мой родной отец. И даже догадывалась почему все воспоминания до того дня были стёрты. Как это было возможно? Я не могла понять. Но, в прочем, в последнее время в моей жизни происходило много того, чему не было объяснений.

Так что я просто принимала жизнь такой какой она была, а знакомство с семьёй Блэйквуд перевернуло мой мир. Но я старалась не думать о моих Альфах. Как оказалось, что в моей жизни и до них было событие, изменившее многое.

Все попытки вспомнить, что было до аварии и кто я, та девочка из машины, были безрезультатны. Пребывая в полусознательном состоянии, я всё пыталась и пыталась открыть невидимую дверь моих детских воспоминаний.

Первое что смогла найти, единственное, подсказка, которую дала мне память — это имя куклы.

Лекси!

Так кажется, звали девочку, которая подарила мне её.

Воспоминание было расплывчатым, неясные картинки меняли друг друга, но вот:

Кажется, вижу личико девочки почти подростка, она протягивает мне куклу и говорит.

— Возьми, и когда тебе будет страшно, ты просто прижми её к груди. Её зовут Лекси, как меня. Это мне братья подарили. Они большие и сильные. Они найдут меня и спасут. А потом мы придём за тобой.

После этого за ней пришли. Но не её братья, а два больших дяди в форме и с оружием. Они увели Лекси, а я осталась одна и всё ждала, когда же она вернётся. А поверила в то, что она и её братья найдут и спасут меня. Но время шло, а она не возвращалась. Я сидела на холодном полу и прижимала к себе куклу. А когда уже не осталось сил бояться и ждать, я встала и начала считать металлические прутья, из которых была сделана моя...

...клетка!

Из забытья воспоминаний меня вырвал пронзительный крик.

Не громкий стон, а крик, вызванный невыносимой, нечеловеческой болью!

Свет в клетке так никто и не выключил. Поэтому, как только открыла глаза сразу увидела Джека. Он корчился в углу, его тело частично трансформировалось и ошейник душил его. Но не это вызывало дикую боль. А именно трансформация. На это было жутко смотреть. Но если глаза и можно было закрыть, то даже закрыв уши, я слышала крики, выражающие всю боль, которую переживал Джек в этот момент.