Книга Двойная измена, страница 4 – Алиса Хоуп, Айя Росс

Это тревожит и не дает полностью погрузиться в работу.

Не выдержав, набираю ее номер, но телефон не доступен. Тогда звоню Городецкому:

— Найди машину моей жены.

— Роман Эдуардович, добрый день, – холодно отвечает генерал. – Напомню, что я не являюсь вашим служащим и не собираюсь использовать свое служебное положение в ваших целях.

— Городецкий, ты забыл, что я решил проблему с результатами проверки?

— Я помню, откуда пришли те самые проблемы, – рычит он.

Улыбаюсь, мне нравится его бойцовский дух, но я так это не оставлю. Сделаю все, чтобы пес знал свое место и не кусал руку хозяина этого города.

— Рад, что с памятью у тебя все хорошо, – отвечаю вкрадчиво. – Извини, что побеспокоил. Конечно, свое служебное положение ты можешь использовать только в своих личных целях. Например, пробивать номер машины своей жены, когда она пыталась сбежать от тебя…

— Понял, – цедит генерал и, явно наступая себе на горло, добавляет: – Перезвоню через минуту.

В такие моменты ощущаю себя победителем на ринге, и это наполняет тело приятным адреналином. С улыбкой допиваю кофе. Телефон оживает буквально через несколько минут, и я вижу адрес, где сейчас машина Натальи. Достаточно быстро узнаю, кто там живет…

Улыбка превращается в оскал.

Вот стерва!

Меня напрочь отказываются слушать. Все доводы, что квартира полностью моя, улетают в пустоту, а жена Громова ходит следом за риэлтором и брезгливо осматривает помещение.

— Вижу, ты низкопробный вариант, раз Рома подарил тебе такое убожество.

— Так, это уже переходит все границы! - возмущаюсь я и беру телефон. - Здравствуйте! Полиция? В мою квартиру вломились…

Наталья вырывает мой смартфон и, нажав на кнопку завершения вызова, выбрасывает в окно. Я пораженно открываю рот от такой наглости.

— Полиция еще приедет, не волнуйся, но чтобы выселить отсюда тебя.

— С какой стати?

— Ты ведь не думала, что я позволю какой-то потаскухе наживаться за мой счет? Квартира куплена на деньги моего мужа, значит, и за мой - тоже. А я содержанок не люблю.

— Нет, это же смешно! - поднимаю взгляд к потолку, почти сразу опускаю и теперь говорю медленнее, с паузами: - Я… купила… ее… за свои личные… деньги! У меня все документы на руках. Вы не имеете никакого права на мою квартиру!

— Хорошо, тогда это что? - она показывает на экране своего телефона выписку со счета.

— Мне откуда знать?

— Конечно, откуда?! Это недавние списания Ромы. И так уж получилось, что сумма примерно такая же, как стоимость этого… клоповника. Все-таки мой муж оценил тебя по достоинству.

— Попридержите язык! - сжимаю я кулаки. - Я понимаю, что вы влиятельная личность, но меру тоже нужно знать. Если родились с серебряной ложкой во рту, это не дает вам право оскорблять окружающих.

— Почему же окружающих? Только тебя, шваль, - она приближается ко мне, и ее накрашенные алым губы некрасиво кривятся. - Беги отсюда, пока не поздно. Я заберу все, что у тебя есть, чтобы ты зарубила себе на носу, что со мной связываться не стоит. Но если начнешь пищать что-то в ответ, сделаю так, что жизнь покажется адом.

Становится по-настоящему страшно. Я отшатываюсь, но нахожу в себе силы еще что-то сказать:

— Не хотите посмотреть на ситуацию с другой стороны, Наталья? Кто виноват в измене, кто именно изменил? Я, которая ничего не знала о жене Романа, или он, который…