Книга В объятиях шторма, страница 70 – Aidan Show

И это он ещё не спросил о том, почему она, коза такая, умолчала о Корнееве.

Поднимались в лифте они целую вечность.

На подходе к двери Андрей нетерпеливо забрал ключи из ее подрагивающих рук, вставил их в замочную скважину, повернул ключ и отворил входную дверь.

Уже через мгновение Лера оказалась прижата к ней по другую сторону.

— А теперь расскажи мне, к-р-р-расавица. — прорычал, касаясь носом её шеи, втягивая дурманящий запах её кожи. — Зачем дразнила меня весь вечер?

— Я…я… — сбивчиво зашептала она, цепляясь пальцами за его широкие плечи и кусая губы.

— Что?

— Ты снился мне каждую ночь…

— О-о-о…Ты снишься мне в течение последних семи лет, Тучка.

— О, боже!

— Да-да. Представь, как ты изводила меня каждую чертову ночь своими стонами, взглядами. — слова вырывались из него с полу-рыком, в то время как губы пустились в свое путешествие по открытым участкам ее тела. — А теперь вздумала меня дразнить?

— Ты ни разу не поцеловал меня после нашего разговора в галерее…И я подумала…

— Я просто давал тебе время. Не хотел торопить события. Но кто-то решил это сделать за меня, да?

— Я, вообще-то, обиделась, Шумов!

— Оу…Вот как мы заговорили? Подожди-подожди, Тучка. Это ещё не все, что я хотел сказать. Тебя действительно есть за что наказать.

— И за что же? — дернув от возмущения бровью, спросила она.

— Кто не сказал мне, что один наглый начбез, который почувствовал себя бессмертным, подкатывает к одной несвободной девушке свои яйца? М-м-м?

— Откуда…?

— О-о-о! — протянул опасно Андрей. — Было максимально неприятно узнать об этом именно от него. Поэтому сегодня тебе пиздец, Лер-р-ра!

— Черт…извини…я хотела, но боялась, что ты расстроишься.

— А я расстроился. — прозвучало зловеще. — Поэтому прощение сегодня придётся заслужить.

Глаза Андрея опасно сверкнули во тьме. Его язык грубо скользнул меж ее губ, проникая глубоко внутрь. Она едва слышно ахнула и обхватила холодными пальцами его лицо, утягивая ближе. Они пили дыхание друг друга, остервенело потерявшись в одном на двоих поцелуе. Лера кусала и оттягивала его губу, а потом нежно зализывала острым язычком.

Его длинные пальцы нырнули в густые, каштановые волосы, наслаждаясь их гладкостью.

Шумов не давал ей вздохнуть, сплетая их языки в бешеном танце. Он безжалостно трахал ее рот до того момента, пока Тучка в его руках не обмякла.

— Андрей… — жалобно всхлипнула.

— О! Подожди, мы только начали. — с угрозой.

Шумов, как одержимый, избавлял их двоих от одежды. Швы на вещах трещали обиженно, превращаясь в бесполезные куски ткани от его мощных рывков.

— Животное. — восторженно выдохнула Лера, зарылась пальцами в его волосы и оттянула до ощущения легкой боли.

— Ты собственными руками сорвала замок на вольере, Богатырева.

Он крутанул ее ватное тело на 180 градусов так, чтобы она оказалась лицом к двери. Поставил ее руки наверх и прижался разгоряченным и возбужденным пахом к ее попке.

— Кто был плохой девочкой?

Послышался треск ткани. Трусики Леры бесшумно упали на пол.

Пальцы Андрея скользнули по влажной плоти.

— Мокр-р-рая… — довольно мурлыкнул он. — И давно?

— Как только увидела тебя у подъезда.

— М-м-м…долго же ты терпишь.

Средний палец толкнулся в узкую плоть вышибая из Леры первый надрывный стон.

— А-а-а-х…

— Я уже говорил, что обожаю, когда ты так грязно стонешь?