Книга В объятиях шторма, страница 95 – Aidan Show

— По-русски, пожалуйста. — устало попросил Шумов, растирая глаза.

— Да-да. — рассеянно. — Это рак яичников, Андрей. В случае Леры — в правом. У нее обнаружили первую стадию.

— Это плохо или хорошо?

— Рак в принципе так себе вещь, я скажу. — хмыкнула грустно Инна.

— Но она же не так давно была беременна. Три года назад, да? Влад ещё все уши мне прожужжал, что Леру как следует проверили.

— Три года — огромный срок. Это могло начаться сразу после выкидыша. Или же не так давно. Видишь ли, рак такая штука, которая растёт и питается за счет плохих эмоций, а у Леры он ещё и наследственный. Иногда люди с нуля сгорают за пол года, а иногда, как её бабушка, могут жить годами в ремиссии. Но в нашем случае повезло, что Тамара Владимировна обнаружила эту гадость на раннем сроке.

Шумов понял, что не дышал, пока она говорила. Сердце глухой болью отдавало где-то в районе горла. Хотелось завыть в голосину. Весь мир со своими проблемами вмиг перестал существовать для него кроме его Леры.

Он не может её потерять…Не сейчас, когда они наконец-то смогли быть вместе…

— А в нашем случае… это решаемо? — с надеждой уточнил он.

— Пару часов назад ее увезли в операционную. Сначала все шло по плану, но потом ко мне вышел второй хирург и сказал, что эта маленькая дрянь расположилась прямо в сплетение крупных сосудов. Чтобы убрать злокачественную опухоль, им пришлось удалить правый яичник целиком. Они были готовы закончить, но она начала стремительно терять кровь… — Михеева хлюпнула носом. — А при больших потерях крови люди либо не выживают, либо из-за огромной нагрузки на другие органы — впадают в кому.

— А сейчас она…?

— Ещё в операционной, Тамара Владимировна пытается купировать источник кровотечения.

— Почему она не сказала? Почему сказала тебе, а не мне? — обреченно покачал головой, хватаясь за волосы.

— Не знаю. Может боялась.

— Чего?

— Андрей…

— Скажи.

— Лучше об этом скажет Тамара Владимировна.

— Нет. Скажи ты. Сейчас!

— Возможно, она не сможет иметь детей. — на одном дыхание ответила Инна. — Шансы с ее диагнозом и одним яичником ничтожно малы…

— Черт… — выругался Андрей.

— Я сказала — возможно, а не точно.

— Дерьмо…

— Думаю, поэтому она не сказала.

— Ничего, мы что-нибудь придумаем. Она поправится. Детей же можно родить разными способами. Ведь так?

— Конечно…

* * *

Спустя час Андрей с Инной молча пялились в голую стену, ожидая каких-либо новостей из операционной.

Буквально через несколько минут из двустворчатых дверей им навстречу вышла уставшая Тамара Владимировна.

Андрей с Инной одновременно подскочили на ноги.

— Как она?

— Жива. Но в критическом состоянии. Эта ночь будет решающей.

— Когда ее можно будет увидеть?

— Если Валерия переживёт эту ночь, то завтра я разрешу ненадолго зайти к ней.

— Что мы можем ещё сделать?

— Все, что можно было сделать, уже сделано, Андрей. Если верите в Бога, можете помолиться за нее.

* * *

— Будешь? — Шумов протянул Инне открытую пачку с сигаретами.

— Ммм… с ментолом. — после первой затяжки выдохнула и довольно сощурилась.

— Как ты? Как Стас?

Михеева задумчиво хлопнула глазами, встрепенулась, словно вспомнила о нечто важном. Стянула перчатку и покрутила рукой перед его лицом. На безымянном пальце рядом с помолвочным кольцом сияло ещё одно — обручальное.