Книга Развод. Нас не вернуть, страница 50 – Эмилия Росси

— Артем! – воскликнула она, как раз выйдя из каморки в тот момент, когда я только собирался спуститься на лестнице на первый этаж. Я обернулся и сунул руку в карман, пряча гриппер с волосом мальчика. – Ты так рано! Решил сделать сегодня выходной! Так здорово! Давай сходим в ресторан.

Я стиснул челюсти, чтобы не сказануть ничего лишнего, но и церемониться с ней не собирался.

— Сама сходи. У меня дела.

— Опять дела? – заканючила она капризно и прильнула к моей груди. Я еле сдержался, чтобы не оттолкнуть ее. – Ты всё время в делах, а мне внимание уделить? Врач сказал, что нам уже можно заниматься сексом. Разве ты не хочешь свою кошечку?

— Прекрати, Карина, жизнь не сводится только к постельной плоскости. И я не баклуши бью, а работаю, чтобы деньги зарабатывать. На этот дом, – обвел рукой пространство вокруг, – на твои цацки и тряпки, в конце концов.

— И чего ты злишься? Опять что-то на работе стряслось? Ладно, иди, но, может, тогда я ужин вечером организую? Мы никуда с тобой не выбираемся, а я в люди хочу, платьями, то есть тряпками, как ты выразился, покрасоваться. Позови Макса там своего.

— Почему ты вдруг про него заговорила? – вырвалось у меня, но прикусывать язык было поздно.

— Да так. Ты же всё время только про него и говоришь. Он вроде как твое доверенное лицо. Сомневаюсь, что ты позвал бы кого-то, кроме него. Знаю ведь, какой ты сыч, не любишь, когда дома посторонние.

Сначала я напрягся, а затем вдруг резко расслабился. Идея Карины была неплохой.

— А знаешь, малыш, давай. Скажи прислуге, чтобы накрыли на стол к восьми, а мы с Максом пораньше освободимся с работы. Как раз и познакомлю вас поближе. Думаю, давно это стоило бы сделать.

Я наблюдал за реакцией Карины, но признака какого-то невроза из-за моих слов не нашел. И это запутало меня сильнее. Так что я просто попрощался с ней и поехал в клинику, которую держал мой университетский товарищ.

Его клиника имела ряд преимуществ перед другими. Его владелец не был знаком ни с Асей, ни с Кариной, ни с моей семьей. И точно будет беспристрастен.

Ася

В выходной день мне совершенно не хотелось никуда выходить. Лиза гуляла с мамой, так что я решила прибраться дома, чувствуя, что мне срочно нужно чем-то заняться, иначе от вороха мыслей я сойду с ума. Эти множественные если бы да кабы портили мне жизнь в последнее время, ведь я постоянно возвращалась мыслями к тому дню, когда потеряла ребенка. Нет, мне уже не было так плохо и больно, как в первые дни, но тоска всё равно разъедала мне внутренности, и я ничего не могла с этим поделать.

Мама предложила мне сходить к психологу, но я не хотела делиться своей бедой больше ни с кем. Достаточно того, что не я одна знала о подробностях той трагедии.

Мне всегда становилось лучше, когда я занималась уборкой, поэтому я и не заметила, как быстро пролетело время, а квартира блестела от чистоты.

Как будто чувствуя, что я закончила, в тот момент, когда я как раз выдохнула, решив сходить в душ, кто-то позвонил в дверной звонок.

Гадая, кто это может быть, я подошла к глазку. У мамы были ключи, так что звонить она бы точно не стала.

На лестничной площадке стоял Родион Вознесенский собственной персоной. Волосы его были растрепаны, костюм сидел как-то неряшливо, галстук был отброшен за спину, а глаза лихорадочно блестели. Боже. Что произошло? Да и знает ли его жена Маша о его визите? Вряд ли бы он заявился ко мне в таком виде по рабочему вопросу.