Книга Больные люди, страница 49 – Михаил Бабиенко

— Так, Лена, ты первая иди в душ. Я тебе одежду принесу.

Лена тихо кивнула.

Пока она готовилась умываться, снимая мокрую одежду в душе, я рыскал в шкафу в поисках более-менее подходящей одежды. Удалось найти только мои боксеры да старую, но целую и чистую футболку. Взяв всё это, я зашёл в ванную. Лена, что логично, умывалась за шторкой. Я положил одежду на стиральную машину и оповестил об этом Лену. Когда я уже собрался уходить, она сказала:

— Саш, не уходи.

Я опешил. Что значит «не уходи»? А что мне здесь делать?

— Что случилось, Лен? Тебе нехорошо?

— Можешь…помыться со мной?..

Мой уровень шока представить сложно, особенно на бумаге.

— Но… я не могу. Ты же там…

— Голая? Так ты меня уже видел без одежды. Залезай давай.

Я решил, что мне всё равно не отвертеться. Тем более, я же поклялся Лене не оставлять её никогда, поэтому эта просьба должна быть выполнена. Я же стараюсь держать слово.

Я снял одежду и залез в ванную. Вода шла с прикреплённого к потолку душа, попадая, правда, только на одного человека. Но могла попадать и на двух, если сильно сойтись друг с другом. Мы с Леной, видимо, синхронно об этом подумали, и она сказала:

— Подойди ко мне. Так вода и на тебя попадёт.

Мы сошлись, крепко прижавшись друг к другу. Смотреть было особо некуда, поэтому я смотрел Лене в глаза. В глаза, а не на грудь, заметьте.

— Можешь потрогать, если хочешь. — сказала она.

Потрогать что? Тут много значений имеется. Я человек невинный (ну, по крайней мере, я так думаю), а потому мне пришёл в голову вариант: волосы. Да, она хочет, чтобы я волосы ей потрогал. А может, и помыл. Я впустил свои руки в её шевелюру.

— Ты про волосы подумал? — спросила она. Правда, без усмешки, как я от неё ожидал, но серьёзно. Серьёзная Лена меня начинает пугать.

— Ну, д-да. — ответил я. — А ты имела ввиду что-то другое?

— Я думала, ты хочешь потрогать мою грудь. Она мягкая, думаю, тебе понравится.

Что ж. Невинность моя сыграла злую шутку со мной.

Я долго не решался, но всё же аккуратно притронулся к её груди. Да, она мягкая и упругая. От прикосновений у меня мурашки пошли по коже.

— Сожми сильней. — попросила Лена.

— А тебе не будет больно? — спросил я.

— Всё равно. Сожми, прошу.

Я сжал одной рукой, потом другой. Лена застонала. Я поспешно убрал руки.

— Прости, прости! Я не хотел так больно сжимать… — начал извиняться я.

— Не убирай руки. Продолжай в том же духе. — попросила Лена.

Я продолжил. Лена стонала, только тише с каждым сжатием, прикусывала губу. А я стоял и недоумевал, но продолжал сжимать её грудь. К слову, это дало какой-то эффект: я чуть успокоился, расслабился.

— Тебе…нравится? — спросила Лена.

— Да. — честно ответил я.

Только из-за успокаивающего эффекта, не более!

— Тогда я тебе помогу… — сказала Лена и начала было протягивать руку к моему кое-какому органу, как я выключил воду.

— Надо экономить воду, а то счета огромные придут. — сказал я.

Мы вышли из душа, вытерлись и переоделись.

Пицца почти не промокла и, более того, не утратила своего тепла и аромата. Я ел с большим аппетитом, а вот Лена аккуратно откусывала небольшие кусочки и жевала очень медленно. Выглядело это очень эстетично, если честно.

И всё же, хотя я попытался что-то сделать, Лена выглядела задумчивой и печальной. Неужели, я недостаточно доказал, что люблю её? И что же мне делать?