Книга Волны любви. Маленькие семейные истории, страница 28 – Диана Вран

* * *

Напрасно я готовилась к войне с дочерью за внука. Года через три-четыре она позвонила и попросила взять малыша к себе на пару месяцев. Якобы, подвернулась очень выгодная престижная командировка. Да-да, командировка… С таким огнем в глазищах в командировки не ездят! Нашла, что ли кого, коза старая? Или опять с «недобитым фашистом» шашни закрутила? Я не стала выпытывать куда, да что, да с кем. Обрадовалась, что внук будет со мной. Вот так и получилось, что почти восемь лет пестовала кровиночку. В отдельные годы по четыре-пять месяцев набегало, когда мальчишка жил у меня. Прикипела к нему, сил нет. Теперь он подрос. Самостоятельный, серьезный и ответственный. Одного не страшно было оставлять. Хозяйственный и рукастый. Всей ребятне из поселка велосипеды ремонтировал. Последние два года мне забот не было, если что-то в хозяйстве сломается. Вот прошлый год сломался насос. Сосед Юра поглядел, покряхтел:

— Нет, тетя Катя, вези в город ремонтировать. Не уверен, что кто-то возьмется. Ему уже срок службы вышел. Готовься новый покупать.

Насос и правда давно служит. Его еще Иван покупал. Я расстроилась, но лето к закату подходило. Решила, что как-нибудь обойдемся без насоса. Уж что будет на следующий год. И уехала в город по делам. Возвращаюсь, а Генка насос разобрал до последней гайки, всё на тряпке разложил как на продажу. Ну, думаю, теперь уж точно насосу крышка. Покричала, да пару раз полотенцем шлепнула. Только немного погодя слышу, как-будто насос гудит. Выглянула в окно, а паршивец преспокойно смородину поливает. Соседа только что столбняк не хватил, когда он узнал, что десятилетний мальчишка с насосом справился. Или вот еще когда развалилась наша садовая скамейка, новую сделал просто загляденье. Делал, правда, целую неделю. Все чертежи чертил, прежде две хороших доски испортил. Зато скамейка получилась как игрушка. Летом поеду в Ольгино, буду сидеть на этой скамейке и вспоминать моего ненаглядного внучка. И в кого он такой сообразительный? Безотцовщина же. Мой Иван, конечно, мог утюг или розетку отремонтировать, но не более того. Вовка, может быть, учит? Так не похоже. У того принцип: сапоги должен тачать сапожник. Если что-то в доме ломается, тут же мастера вызывают. Да Вовка сам, можно сказать, без отца рос. Степка по пять-шесть месяцев в плавании пропадал. А уж когда в морфлот перешел, совсем пропал. Не мудрено, что на воле любовницу завел, за что его Лена и выгнала.

Неужели мой ненаглядный внук в этого пошел, в папашу своего названного, «фашиста недобитого»?

А еще с ним стало интересно: и поговорить можно о чем угодно, и поспорить, и не факт, что твоя сторона будет правая. Умный не по годам. Упрямый только. Вот сейчас кровиночка моя едет неизвестно куда с чужим мужиком из-за чистого упрямства. Хоть бы узнать, что он затевает. Одно твердит:

— Бабуш, я должен поехать с папой и разобраться во всем.

А в чем разобраться? Разве не видно, что это за отец? Неделя, как я приехала и не видела, не слышала, чтобы словом с ребенком перемолвился. Придет, сядет и молчит. Или пиво с Вовкой хлещет.

Только мальчишке всё равно. Подавай ему папу хоть какого. Маленьким был, всё к солидным мужикам в метро приставал. Выберет кого поприличней, подойдет и на весь вагон объявит: