Книга Любимая бывшая жена, страница 14 – Пиппа Роско

Вспоминая ту вечеринку, Эмили почувствовала, как ее тянет к своему мужу. Жаль, что не притворишься, будто прошедших шести лет не было, и не уступишь неоспоримой страсти. Его прикосновения оживляли Эмили и показывали, каким бывает желание — могущественным и вдохновляющим. Он превратил ее в настоящую женщину — живую и страстную. А потом он ее бросил.

Отчаявшись сохранить остатки благоразумия, Эмили заставила себя не думать об этом.

— Габи волновалась за тебя, — сказала она, помня, как его сестра крепко держала ее за руку.

Проницательный взгляд Хавьера едва не убил Эмили, словно обвиняя ее в том, что она избегает шокирующей чувственности, спровоцированной его словами. Она задумалась. Он управлял их страстью, как дирижер палочкой, ловкими пальцами задавая ритм, который почти погубил ее.

— Я беспокоюсь о ней. Наверное, она по-прежнему живет с моей матерью?

Сначала Эмили хотелось сказать, что она этого не знает. Но если он потерял память, тогда он спросит, почему она не в курсе дел у его сестры. Недосып, бешеный выброс адреналина и ощущение чего-то недоброго явно приведут к тому, что у Эмили заболит голова. Она провела пальцами по лбу, пытаясь снять напряжение, и Хавьер заметил этот жест.

— Да, — в конце концов ответила она, сообразив, что его сестра все еще живет с матерью.

Хавьер нахмурился, но не поделился своими мыслями. Эмили помнила, как мало он всегда рассказывал ей о своей семье. Сначала она думала, что он не особенно близок со своей родней, но за месяцы их брака Рената звонила очень часто, даже когда Хавьер уезжал. Ей казалось, что ее муж исполняет какой-то долг перед матерью. Но Эмили больше занимали обиды на собственную мать, с которой она почти не встречалась. Это, а также пренебрежение мужа, который подолгу был вдали от нее, заставили Эмили чувствовать себя беспомощной и одинокой. Кстати, сейчас Хавьер даже не смотрит в свой телефон, а раньше постоянно утыкался в него носом.

— А твоя работа? — спросила она. — Твои дела… С ними все будет в порядке?

Она представила панику и страх его сотрудников и правления компании, вызванные потерей его памяти, временной или постоянной. Он отмахнулся от ее вопроса.

— Да, я говорил со своим ассистентом. Все будет хорошо. Еще вина? Я выпью, — объявил он и встал из-за стола, прежде чем увидел реакцию Эмили.

Она замерла — казалось, его слова превратили ее в камень.

Все будет хорошо.

Шесть лет назад Хавьер Касас такого бы не сказал. Если честно, шесть лет назад он уже работал бы четыре часа подряд, отчаянно пытаясь наверстать упущенное. Прежний Хавьер даже подумать не мог, что в компании обойдутся без него.

Мерзавец.

Он лгал ей. И на этот раз, зная об этом, она задрожала от ярости.

Хавьер, поздравляя себя с тем, как хорошо идут дела, достал из холодильника бутылку белого вина. У него возникло искушение выпить бокальчик, но он сомневался, что стоит смешивать алкоголь с сильными обезболивающими средствами. Он знал, что с Эмили ему понадобится смекалка. На него вдруг накатила сильная усталость.

Отнеся вино к столу, он заметил, что Эмили смотрит на ущелье над рекой Игерон, и остановился, пораженный шокирующим дежавю.

Как же часто он представлял ее в этом доме во Фрихилиане! Будучи в Мадриде, Барселоне, Свардии, Токио или в Пакистане, он всегда представлял ее здесь.