Книга Любовь под маской льда, страница 34 – Эмми Грейсон

Александра ощутила неприятный холодок — у нее возник новый невысказанный вопрос.

— Я не заказывал его убийство, — ответил Грант, безошибочно угадав ее мысли.

— Я… Грант, я не…

— Ты думала об этом. Не скрою, мысль эта и мне приходила в голову. У меня был шанс… — Грант сделал глоток вина. — Я всегда говорил себе, что хочу разбогатеть, чтобы ни я, ни мама больше никогда не знали, каково это — жить без денег. В Бразилии мы не были богачами, но там наша жизнь была счастливой. Здесь же, в Штатах, наедине со своим горем и в чудовищной съемной квартире… — Грант снова умолк, задумавшись. — Я знал, что если стану богат и неуязвим, то непременно сотру с лица земли эту банду негодяев.

В голосе его зазвучали горькие нотки, и Александра непонимающе посмотрела на него: неужели он осуждает себя за жажду мести? Его, совсем еще ребенка, лишили отца и родного дома, перечеркнули его юность, отняли у него родных и друзей. Любой бы на его месте решил отомстить. Грант же внезапно произнес:

— Теперь, когда ты все знаешь, ты, вероятно, сочтешь, что я вовсе не принадлежу этому окружению.

— О чем ты?

Грант усмехнулся зло и жестко.

— Не стоит отрицать очевидного: я стоял за этим убийством, ведь это я ослабил группировку, умышленно создал ситуацию, в которой оно стало возможно. И я был рад смерти человека, по вине которого погиб отец. Я красиво одеваюсь, вожу дорогие машины, но под этой маской для тебя скрывается обычный уличный бродяжка.

— Не додумывай за меня! — раздраженно ответила Александра. Она со стуком поставила бокал на мраморную столешницу. — Хочешь знать, что я думаю на самом деле? В последний раз, когда я навещала отца в тюрьме, он вел себя как сущий подонок, обошелся со мной жестоко и подло. Я посещала его каждую неделю не один месяц, как примерная дочь, а он не переставая вещал о том, как я его подводила всю жизнь. — Александра обошла кухонный остров, вне себя от ярости. Сейчас она была зла на мир, в котором существуют наркосиндикаты, на отца, на Гранта за то, что он приписывает ей невесть что, и на себя. — Когда я уходила, он кричал, приказывая мне немедленно вернуться, прекратить быть тряпкой, а я только думала, что надеюсь на то, что он умрет, не выходя из заточения. Так что нет, Грант, я не считаю тебя чудовищем за желание отомстить за смерть отца и сделать так, чтобы вы с матерью могли вернуться домой, не рискуя жизнью. Ты избавил страну от группы негодяев, которые могли бы убить еще кого-то. Можно ли винить тебя за то, что ты радовался смерти убийцы твоего отца? Я считаю тебя нормальным человеком, который что-то сделал в этой жизни сам. Пора тебе уже признать свои достижения вместо постоянных самобичеваний.

Грант поставил бокал и повернулся к ней, но лицо его было непроницаемо.

— Вы и вправду так считаете, мисс Мосс?

Он преодолел расстояние между ними в два шага и теперь стоял так близко, что Александра ощутила, как ее словно накрыла теплая волна. Грант всегда действовал на нее так — ему было достаточно улыбнуться.

— Да, — растерянно и сконфуженно сказала она.

— Приятно слышать.

Он склонил голову и властно поцеловал ее. Не ожидая подобного поворота, Александра ахнула, и, как только губы ее раскрылись, между ними скользнул его язык. У нее не было ни времени, ни желания думать о том, что происходит и стоит ли продолжать… Обвив его шею руками, она ответила на его поцелуй, вложив в него весь тот огонь, всю страсть, что подавлялись эти девять лет. Грант обхватил ее за талию и поднял, чтобы посадить на стойку. Раздвинув ее ноги, он встал между ними, прижимаясь к ее телу, давая почувствовать свой твердый от возбуждения член.