Книга Расплата за любовь, страница 33 – Яра Сен-Джон

— Ты ведешь себя как избалованный и своевольный ребенок. Ты не можешь убежать, если тебе не нравится исход ситуации.

— Я взрослая женщина, мама, и я не должна отчитываться перед тобой, — ответила Уинтер. — Теперь, когда вы с папой вычеркнули меня из семьи, я буду заботиться о себе сама. Вот мое первое самостоятельное решение!

Она положила ключи от своей машины на стол.

— Это твоя машина, — отрезала мать.

— Я знаю, но, пока вы оспариваете завещание, я не могу себе ее позволить.

Уинтер уже вызывала такси. Она решила что в дальнейшем возьмет «роллс-ройс» своей тети, пока не найдет подержанный автомобиль, который сможет себе позволить.

— Твое поведение больше, чем когда-либо, подтверждает, что ты не готова справиться с этой ответственностью. Я должна защитить наследство моей сестры.

Мелинда обратилась к адвокату:

— Начните оформлять документы, чтобы оспорить завещание Хелен!

Уинтер смотрела на мать. Какой же глупой она была, думая, что что-то изменилось, что ее мать наконец-то поймет, что Уинтер способна на многое.

— Это действительно то, чем ты хочешь заниматься? — спросила Уинтер.

— Ты не оставляешь мне выбора.

Уинтер развернулась на каблуках и вышла. Больше нечего было обсуждать. Она должна была подготовиться к бою.

— Спасибо, что встретились со мной, мисс Гилберт, — сказала Уинтер на следующий день, когда встретилась с адвокатом по недвижимости, к которому ее направил Райли, в доме тети. Слишком уж велик был риск, что она наткнется на Райли, если пойдет к ним в офис.

— Конечно. Мистер Дэвис велел мне хорошо о вас позаботиться.

При упоминании имени Райли рой бабочек запорхал в животе Уинтер. Она изо всех сил старалась не думать о сексуальном адвокате по разводам, но ей было трудно забыть ту невероятную ночь, которую они провели вместе, и она не могла говорить об этом с Шей. Ведь та категорически запретила Уинтер связываться с братом.

И да, она могла бы рассказать об этом Иджипт или кому-то из других девушек, но она пока не хотела ни с кем делиться. Это было личное. Ее секрет принадлежал ей, и только ей. К тому же не факт, что это повторится. По крайней мере, так сказала себе Уинтер.

Кроме того, у нее и так было слишком много дел. Развивать свой бизнес, сражаться со своей семьей за контроль над наследством, которое должно принадлежать ей.

— Что я могу сделать, мисс Гилберт? Моя семья, похоже, намерена оспорить это завещание.

— Они уже сделали большой шаг, подав судебный запрет на поместье, — ответила адвокат.

— Когда они это сделали?

— Вчера.

После того, как она вчера встретилась с матерью. Адвокат, должно быть, заранее подготовил документы и держал их наготове. Вчерашняя встреча была попыткой узнать ее настроение, прежде чем они на полной скорости приступят к осуществлению своих планов.

— Судебный запрет запрещает вам тратить деньги вашей тети или продавать имение. Но на них лежит бремя доказывания того, что ваша тетя не была в здравом уме, когда завещание было составлено, или что вы каким-то образом принуждали ее.

— Это был дом моей тети, а теперь мой. Я не продаю его. Я понимаю, что моя мать не дает мне и моим друзьям получить деньги, но она мешает благотворительным организациям и персоналу Хелен получить причитающиеся им суммы. — Уинтер закрыла лицо руками. — Это кошмар.