Книга Психология лузера, страница 32 – Игорь Ковров

Получившийся сегодня за приготовлением завтрака сухой запекшийся хлеб являлся главным доказательством высокого уровня технического оснащения кухни — новый сверкающий    металлический аппарат работал безотказно. Кроме того, Виктору были прекрасно известны многие из прелестей холостяцкой жизни: вряди ли бы он стал запекать квадратные    бородинские сухари в молоке по примеру зарубежных борцов, скорее его шатеновую голову    часто занимал традиционно русский вопрос о возможности приготовления каши из топора.

Иногда в его узкую кухню через открытое окно проникал сладкий запах жареного шашлыка, что вызывало неотвратимое желание спуститься вниз к станции метро и перекинувшись парой приветливых словечек с хозяином заведения, приобрести сию лакомую порцию.

По поводу прошедшего эфира с Шаболовки никто из медийных персон, не то чтобы телеакадемиков, так и не отзвонился — видимо часть эпизодов телепередачи с его участием героически пала жертвой монтажников студии. По этой же самой причине страстно хотелось напомнить об этом участнице эфира, романтично оставившей кое-какой предмет одежды на    его спальном месте.

«В сообщении твоём всего два слово-о-ова-а-а…» — день неуклонно переходил ко второй своей части, а придорожное кафе со звучащей в режиме стерео музыкой и не думало закрываться. «Два сло-о-ова, от которых я теряю го-о-олову…».

Пикнул смартфон в тишине комнаты — это сработал социальный мессенджер. На экране аппарата, аккурат под Её именем на чистом великорусском было написано

«Я ПЕРЕЗВОНЮ».

Виктор погасил экран лёгким движением большого пальца и отправился в прихожую посмотреть пришедшие счета за коммунальные услуги в почтовом ящике нижнего этажа. Что могло произойти в тот день конкретно с его пассией, вряд ли кого-то всерьёз волновало. Наверное, она ритмично    тряслась в скоростном покачивающемся вагоне московского метрополитена, где не везде можно словить сигнал сотовой или цифровой сети, и лишь на открытых ветках можно отправлять сообщения.

Он мог бы ждать её звонка сколь угодно долго, чтобы наслаждаться возможностью общения через сервис считывания лиц грядущую ночь напролёт. Сам факт прослушивания её голоса мог занимать его пытливый ум в бесконечной и бессрочной перспективе, в отличие от бездумной и бездушной текстовой переписки в онлайн-чатах.

На протяжении дня ему так и не приходило в голову, что как раз сегодня, в выходной день можно было бы последить за собой. Отсчитывая минуты с момента прихода сообщения, Виктор достал бритвенный станок и окатил лицо ледяной водой из крана — за плановым    отключением горячей до начала отопительного сезона.

Все думали, что возможность показать, а именно открыть личико перед веб-камерой стала бичом современной молодёжи — на деле оказалось ровно наоборот. Ни Виктор, ни тем более все остальные участники съёмочного процесса самого дорогого времени на главном телеканале страны, не имели более двух аккаунтов в социальных сетях. И только сейчас, по прошествии нескольких — пяти, семи, а может десяти дней, этим двум приглашённым туда было разрешено выйти на двустороннюю связь без риска быть перехваченными сторонними агентами. Она это прекрасно знала, и потому без лишних фокусов оставила о себе важное напоминание — и не прогадала.

На вопрос, как пареньку дышалось в столице по окончании съёмок, Виктор ответил настолько просто, как только мог: милая школьница подошла к нему в коридоре двора напротив спортивной площадки и спросила, его ли она недавно видела по ящику. Парень без тени смущения ответил утвердительно, не заметив её татуировки, выгравированной пониже спины. В ответ на это собеседница мило засмеялась в экран и послала ему милый смайлик в форме сердечка.