Книга В плену у сакуры, страница 9 – Игорь Ковров

Ее черные глаза были закрыты под затененными веками, настолько сильно девушка была увлечена музыкой и танцем. В один миг Павел понял: это он сейчас ведет в танце и он держит это милое покорное создание в своих руках. Он ей обладает. Пора сделать то, что так давно мерещилось в сознании и бессознательном, проявляясь в бесчисленных неврозах. Мягкий розовый рот Сакуры был слегка приоткрыт. Он потянулся к ней губами и сразу же достиг липкого и мягкого ощущения в районе собственного языка. Их губы встретились и мягко покусывали друг друга, а языки нежно переплетались. Это был поцелуй. Закрытые глаза не мешали Павлу чувствовать, а время, казалось, растянулось в пространстве или остановило свой ход. Все смешалось. И когда взору его опьяненных карих глаз предстало ее покорное личико, с онемевшего от новых ощущений языка сорвались Три Вечных Слова. — Я… Люблю тебя… В черных глазах Сакуры загорелся добрый умиротворенный огонек, а щечки вновь украсил румянец. Доброта и нежность буквально струились на Павла с ее улыбающегося личика. — И… — смущенно приотрылся мягкий ротик. — И я… Они вновь соединились, на этот раз почти в полной тишине. Рядом издавались лишь звуки трения иглы о твердый центр пластинки: она давно уже была проиграна. Впрочем, это было уже совсем неважно. Эпилог В зачетных книжках уже были выставлены первые отметки об успешной сдаче промежуточных отчетностей. Сразу после наступления нового года первокурсников ждала зимняя сессия — первая в их насыщенной студенческой жизни. По состоянию на конец декабря Павел Конев планировал встретить главный русский праздник в кругу семьи, — к нему обещали приехать дальние родственники — а подготовку к экзаменам провести на даче в южном Подмосковье. Что касается искренней и солнечной Сакуры Накамуры, в ее планах значился краткосрочный отъезд в Страну Восходящего Солнца к любимым родителям, не видевшим свою дочь несколько месяцев. Взлетные полосы тянулись во всю длину за широкими панорамными окнами аэропорта "Шереметьево", принимая все новые и новые прибывающие рейсы. Объявления дикторов о посадке тонули в глухом гуле снующих пассажиров. И только в зоне вылета одна нарядная узкоглазая девчонка никак не могла распрощаться со стоявшим напротив нее рыжеволосым парнем. Их лица выражали нарастающую грусть расставания, а губы шептали друг другу обещания "писать и ждать скорой встречи". Прерывистую вереницу слов прервал страстный и глубокий поцелуй двух душ, которые буквально прикипели и теперь испытывали зудящую боль разъединения. Он целовал ее, как в последний раз, вкладывая в прикосновение губ все свое желание этой необычной восточной красавицы. Отлепившись, она заглянула своими зрачками внутрь его глаз и нервно заморгала. "Я буду ждать". Павел ответил теми же словами и обвел печальным взглядом ее смуглое, влажное от слез лицо. Ему было нужно запомнить ее образ на долгое время, пусть его смартфон и полон их общих фотографий. Женский голос дежурным тоном обьявил начало посадки на рейс Москва — Токио, после чего губы расстающихся соприкоснулись еще несколько раз. Сакура выдавила из себя некое подобие улыбки, а затем изо всех сил прижала Павла к себе, повиснув на его шее. "Мне пора идти… Пока, мой любимый!"

Обхватив на прощание ее низенькое тельце, Конев обещал ей скоро встретиться здесь же и быть на связи в течение всего времени подготовки. В конце концов узкие глазки девушки выразили удовлетворение этими словами любящим взглядом, и сверкнули уже издали, когда она с цветным чемоданом отходила все дальше к выходу на посадку. Павел долго смотрел ей вслед, пока она не скрылась в толпе пассажиров, оставив его стоять на том же месте. Нужно всего лишь подождать каких-нибудь семь-восемь дней, когда он приедет в этот же аэропорт встречать ее возвращение в Россию. Грусть от невозможности больше быть с любимым человеком сменилась уверенностью в завтрашнем дне, в будущем. Она обязательно прилетит к нему, эта удивительно чистая и непорочная девушка, покорившая его юное сердце. Больше всего Павел начал скучать о тех культурных странностях и премудростях, что его удивляли при более близком знакомстве с японским бытом. Эта девчонка открыла ему, простому москвичу, целый новый мир, сверкающий яркими красками и неизведанными тайнами. Благодаря ей Павла всегда будет манить снежная вершина Фудзиямы, а в груди останется цвести нежное розовое соцветие сакуры. Он приедет к ней на встречу в новом году, а перед этим будет писать ночи напролет. Русский студент Павел оказался теперь в нежном и тягучем плену. В плену у сакуры, волнующей своим цветением юные сердца год от года перед сезоном дождей. В плену у Сакуры… Москва, август 2013 — сентябрь 2014 г.