Книга Моя маленькая Надежда, страница 72 – Рина Фиори

Светлые глаза широко открыты и изучают меня, словно видят впервые. И мне чудится, что мы одни с ней сейчас стоим посреди улицы.

— Я тебя ждал, – произношу твёрдо.

Давая понять в первую очередь всем остальным, и потом только Наде свои намерения.

— И что это значит? – девушка не торопится принимать мои правила игры.

Впрочем, от Нади другого и ожидать не стоило. Она всегда такая: смелая, независимая и немного упрямая.

Но сейчас ей бы лучше не спорить со мной, потому что ещё немного, и я просто схвачу её в охапку и закину в машину.

А потом уже буду разбираться, кто там из нас более упрямый.

— Это значит, что сейчас ты поедешь со мной, – иду в сторону машины и открываю дверь.

Всё ещё держу себя в руках, давая Наде шанс самостоятельно принять правильное решение.

Тишина вокруг угнетает, кажется, что даже ветер стих, чтобы не мешать нам.

Ну, же, Надя, давай.

Ощущение, будто с груди падает огромный булыжник, когда девушка делает шаг в сторону машины. Потом ещё и ещё один.

Скрывается за дверью, на прощание махнув рукой подруге, которая понимающе кивает и улыбается в ответ.

— Надь, вся школа уже гудит о том, что Влад с тобой встречается, – шепчет предупреждающе Вера, пока Ирина Алексеевна пишет план сочинения на доске. – Это правда?

Сегодня понедельник, вчера мы не учились, а в субботу вечером я на глазах у Рягузова и его компании села в тачку к Чернышевскому. И когда сплетни о нас успели расползтись по всей школе, я ума не приложу.

Утвердительно киваю, старательно переписывая текст с доски в тетрадь.

Мышкина, к счастью, спокойно продолжает заниматься своими делами.

На перемене идём в столовую, берём чай и салат, Вера пытается ещё купить булочку, но вовремя замечает мой строгий взгляд.

Погода на улице более-менее сносная, снега и дождя не предвидится, да и ветер затих.

Вместе с Мышкиной идём на стадион и усаживаемся на скамейки для болельщиков. Можно было бы пойти в здание, но там на каждом углу уши, а нам очень нужно посекретничать.

— В общем, да, мы начали встречаться с Владом. Я думала, ты и так обо всём догадалась в субботу, – пожимаю плечами.

— И как?

— Что, как?

— Ну, каково это – встречаться с парнем? – роняет восторженно, чем вызывает у меня смех.

— Да не знаю я, мы же только недавно…

— А вы уже целовались? – её глаза горят любопытством.

— Вер? – смущаюсь, чувствуя, как моё лицо стремительно покрывается краской. – Ну, нет, конечно.

Губы растягиваются в улыбке, которую я старательно прячу в ворот куртки, стоит только подумать о том, что говорит Вера.

Заболтавшись, пропускаем первый звонок на урок, поэтому торопливо берём свои вещи и несёмся в сторону основного здания. Забегаем в кабинет буквально за несколько секунд до появления классной.

Инна Витальевна хмуро оглядывает класс, задерживая на мне взгляд немного дольше положенного, но ничего не говорит. Что опять не так, где я успела провиниться?

Пока Инна Витальевна вещает про подготовку к пробному экзамену по математике, я получаю сообщение от Влада. Сердечко и поцелуйчик – как мило. В ответ отправляю улыбочку и убираю телефон.

Чернышевский не рассказал мне, где пропадал целую неделю. Единственное, он намекнул, что были какие-то семейные проблемы, и я не стала допытываться.

На следующей перемене к окну, на котором мы с Верой расположили свои пятые точки, подходит Диана. Она бесцеремонно, словно мы с ней лучшие подруги, запрыгивает на подоконник и пристраивается рядом со мной, сдвигая Мышкину в сторону.