Книга Соблазн по ее правилам, страница 44 – Кианна Александер

— Конечно нет. Я и есть «Гамильтон-Хаус», и я буду еще долго-долго управлять им.

Пирс обменялся понимающими взглядами с сестрой и дядей. Ответ матери был продиктован упрямством и нежеланием принимать реальность. Как он и ожидал, Эверли не собиралась облегчать им задачу.

— Мама, ты же понимаешь, что рано или поздно тебе придется уйти на покой. Как руководитель, ты должна планировать такие вещи, — сказала Лондон.

Эверли хмыкнула, вставая со своего места и собирая посуду.

— Я не хочу слышать всю эту пенсионную чепуху. Я не какой-то инвалид. Я знаю, что у меня много сил.

Мартин поднялся из-за стола и помог ей отнести тарелки на кухонный стол.

— Ну же, Эверли. Ты знаешь, что твои дети просто заботятся о тебе. Они любят тебя. И я тоже.

— И ты тоже не начинай, Мартин, — проворчала она.

Пирс смотрел, как его мать прошаркала к раковине с посудой.

Мартин прислонился к стойке, скрестив руки на широкой груди.

— Позволь мне спросить тебя об этом, сестренка. Если бы у тебя было больше свободного времени, как бы ты его провела?

Выражение лица Эверли смягчилось, и она, казалось, обдумывала ответ на вопрос.

Пирс был впечатлен. Очень похоже, что манера, в которой был задан вопрос, обезоружила мать. Она сменила язвительный тон на более нейтральный.

— Думаю, я бы больше путешествовала, — призналась Эверли. — Я состою в своем бридж-клубе уже двенадцать лет. Они совершают поездки каждый квартал, в разные места, просто за покупками и для осмотра достопримечательностей. Я пропустила последние семь поездок из-за проблем на работе.

Положив руку ей на плечо, Мартин тихо сказал:

— Видишь? Бьюсь об заклад, эти дамы получают массу удовольствия от этих поездок. И, честно говоря, нет никаких причин, по которым ты должна пропускать эти поездки, покупки и развлечения с друзьями.

— Он прав, мама. — Лондон встала из-за стола. — В «Гамильтон-Хаус» так много людей, которые заботятся о процветании компании так же, как и ты, и у которых есть навыки, необходимые для того, чтобы удержать ее на плаву.

Эверли вернулась к столу и опустилась на свое место.

— Вы действительно думаете, что мне пора уйти в отставку?

— Да. — Пирс взял мать за руку. — Мы не торопим тебя. Но, учитывая состояние твоего здоровья, я должен сказать, что тебе необходим продолжительный отдых.

Несколько минут в комнате было тихо, поскольку Эверли, казалось, обдумывала все, что услышала. Наконец она вздохнула. Переведя взгляд на Мартина, который мыл посуду, она обратилась к нему:

— Мартин, каково твое честное мнение по этому поводу?

Выключив воду, он вернулся на свое место за столом.

— Думаю, тебе следует прислушаться к детям, Эверли. Когда Филипп уехал на военную подготовку, я дал ему обещание. Сказал, что присмотрю за тобой. Хотя я был всего лишь молодым лоботрясом, мне едва исполнилось шестнадцать в то время, я пообещал это искренне, и все эти годы сдерживал свое обещание.

Слезы выступили на глазах Эверли, и она потянулась к его руке.

— Да, Мартин. Ты был так добр ко мне и моим детям.

— Как и должен был. — Он сжал ее руку. — И поэтому я говорю тебе, что пришло время расслабиться. Перестань загонять себя в угол и позволь кому-то другому управлять делами. Ты согласна хотя бы подумать об этом?

— Хорошо, — кивнула она.

Пирс вздохнул с облегчением.