Книга Отравлен тобой. Искупление, страница 27 – Чарли Энн Маар

Я только шумно выдыхаю, зажмуриваю глаза и отворачиваюсь.

Господи, ну что за человек?!

— Ты мог бы себя так не вести?

— А как я себя веду?

— Вот так... Слишком откровенно.

— Ну что ты, хабиби? — шум одежды за спиной прекращается, а мой затылок обжигает тепло дыхания Севера. — Это не слишком откровенно. Это умеренно. Хочешь узнать, как будет слишком откровенно?

Моё тело мигом реагирует на хрипотцу в голосе мужчины. Живот обжигает огненной волной, а бёдра сводит. И когда рука Рената ползёт по пояснице, затем перемещается на область под пупком, я чувствую, как вся кровь мощной пульсацией устремляется вниз.

— Мой отец не хочет, чтобы я с тобой общалась. Он настаивает, — намеренно перевожу тему, пытаясь изо всех сил держать себя в руках, но веки машинально закрываются, когда второй рукой Ренат отводит в сторону мои волосы и касается губами обнажённого плеча.

Господи.

— И что ты думаешь? Не будешь со мной общаться?

— Я не знаю... Я запуталась, Север.

Говорю, как есть, потому что устала перемалывать эти чувства внутри себя.

— Если... я скажу, что не хочу, ты отпустишь меня, Ренат? Ты уедешь навсегда, если я попрошу?

Его губы замирают. И рука на животе перестаёт двигаться.

— В тот же миг, Рин... Я не хочу тебя отпускать. Но и держать не хочу. Хочу, чтобы ты сама приняла решение, хабиби. Всё будет только если ты попросишь. И так, как ты попросишь.

Приложив громадное усилие, я поворачиваюсь лицом к Ренату и упираю в него тяжёлый взгляд.

Он надел халат. Я понимаю, что там, под халатом ничего нет. И я также понимаю, что мне до безумия хочется, чтобы он его снял, и чтобы я могла прикоснуться к горячей коже.

Мне хочется, и одновременно с этим я боюсь. Боюсь окунуться в эту бездну. Окончательно увязнуть в зыбучих песках.

— Спокойной ночи, Север, — выдыхаю хрипло, а рука будто сама по себе тянется к полам халата, отводит ткань на груди и касается жёстких волосков. — Я ещё пока не приняла решение, — рука скользит ниже, пока не доходит до пояса. — Наверное, я хочу уйти, — пальцы тянут за конец пояса, и он развязывается. — Хочу, чтобы ты опустил меня, — шумно сглатываю и развожу края халата в стороны. — Мне нужно, чтобы ты отпустил меня.

— Ты никогда не признаешься, да, хабиби? — голос Рената звучит сипло и срывается в тот момент, когда костяшки моих пальцев касаются дорожки волос, идущей от пупка ниже.

— Не признаюсь, в чём?

— Что так же отравлена мной, как и я тобой, — отвечает Север, затем обхватывает пальцами моё запястье и резко дёргает на себя.

Его губы накрывают мои, а руки тянут ткань платья вверх, пока полностью на оголяют бёдра. Я втягиваю в себя его вкус и запах. Кончиком языка скольжу по зубам. Чувствую, как Ренат подтягивает меня вверх, чтобы я могла обхватить ногами его талию, что я и делаю. После чего он опускает меня на кровать позади и прижимает тяжестью своего тела к матрасу.

Я проваливаюсь сквозь бездну. Пески страсти засасывают меня. И Север падает в эту пропасть со мной. Я хватаюсь за его плечи, чтобы удержаться, но бездна слишком глубокая. Она поглощает нас. Доводит до безумия.

Горячее тело Рената ощущается раскаленным. Мы сейчас вовсе не в его доме в России, а посреди палящей пустыни. Сгораем на солнце. Увязаем в песках.

Мои пальцы скользят по мощной спине. Я чувствую подушечками маленькие шрамы. Хочу, чтобы они исчезли, и не хочу. Хочу, чтобы он остался таким, какой есть, потому что, видимо, именно это поработило меня.