Книга Стыд, страница 13 – Кристина Теплякова

— Все отлично, — говорила я с игривой улыбкой, — а у тебя все хорошо? — Спросила я и медленно крадущимся шагом подошла к нему.

— Ну да, — ответил он.

— Ты хочешь меня, Крис? — я положила руки на его ремень, и прижалась к нему.

— Что?!

— Я что не ясно спросила?

— Ева, объясни что с тобой?!

— Ничего, а что? — Расстегнув ремень спросила я, и посмотрела ему в глаза.

— Ещё вечером ты на меня смотреть не могла, а сейчас раздеваешь? Я не хочу пользоваться твоим состоянием просто для того что бы переспать с тобой.

— Да любой был бы рад сейчас переспать со мной! Что тебе не нравится!

— Ева, спокойно объясни мне, какого черта ты вытворяешь?!

— Отстань от меня! — я оттолкнула его и побежала вниз, мне хотелось отвлечься, забыться, все что угодно лишь бы не думать об отце. Я обула кроссовки и побежала к двери, но Крис схватил меня за руку и прижал к себе.

— Тихо-тихо, успокойся, пожалуйста, Ева. — я слышала его, но чувства брали верх над моим разумом.

— Не трогай меня! — я била Криса по плечам и пыталась вырваться из его объятий, — я прошу тебя, не трогай меня! — Слезы ручьём текли из моих глаз, и я уже не могла кричать. Я была обессилена, моя душа разбита, а сердце вырвано из груди. Я никогда не стану прежней. Я рухнула на пол.

У меня раскалывается голова, все тело ломит как после тяжёлой тренировки. Я открываю глаза. На часах 5 утра, первые лучи солнца начинают пробираться сквозь тёмные, льняные шторы. Я лежу на руках у Криса, его черты лица гораздо красивее когда он спит. Грубые скулы, идеально очерченные губы. Раньше, я этого не замечала, видимо из-за того, что на внешность смотрю в последнюю очередь. Мне не хочется здесь оставаться, поэтому через пол часа я уже подходила к дверям своего дома. Тут так холодно, тянет сыростью и одиночеством. Моим одиночеством. Ведь с похорон отца я живу одна. Мама съехала отсюда, даже сообщив мне об этом лично. Просто написала записку о том, что ей нужно побыть одной. А что делать мне? Я живу в доме, где каждый уголок пропитан запахом его сигар, от которого меня в детстве постоянно тошнило, везде стоят наши совместные фотографии. Как вот эта на кухне, здесь мы на Гавайях. Папа держит меня на руках, а мама обнимает нас обоих, тогда мне не было даже года. На фото начинают капать мои слёзы. Я быстро их утираю и бегу в ванную. Включив воду я вспомнила, что после какой-то вечеринки у меня завалялась бутылка виски. Я бросила в тёплую воду бомбочку и погрузилась в транс. Я просто пила. По моим щекам все так же стекали слезы, потому что я не знала как остановить это.

Уже часов 11 наверное, я не знаю, потому что оставила телефон в комнате. Мне нужен алкоголь, много алкоголя, ведь я не понимаю как затупить мою боль. На кухне должно что то быть, и я права. Здесь 3 бутылки вина, 1 бутылка виски и шампанское. Я решила начать с вина. Прикончив первую бутылку, принялась открывать вторую, но забыла куда положила штопор.

— Нож, Ева! — кричала я сама себе. И правда, как я могла забыть о ножах.

Раньше, когда у меня были проблемы я брала канцелярский нож, и царапалась им. Там даже толком крови не было, но это помогало спустить пар. Может быть сейчас самое время попытаться затмить душевную боль физической? А что если поможет? Я подошла к столешнице и взяла три ножа, так как половина ножей затуплены, хоть один должен оказаться нормальным. Я села на любимое папино кресло около камина, захватив бутылку вина и ножи, закатила рукава рубашки и покачиваясь смотрела на огонь.