Книга Эхо флейты из Гаммельна, страница 10 – Наталья Николаевна Александрова

Отчего-то при виде этого изображения у меня сильно забилось сердце…

Кроме этих статей и изображений я нашла ссылку на средневековую легенду о том, как в некоей местности в Баварии появился бродяга-чужестранец по имени Нибрас, который ходил из дома в дом и просил подаяние.

Крестьяне гнали этого бродягу прочь, ничего ему не подавали, а иногда бросали в него камни.

Тогда он разозлился и привел неисчислимые полчища крыс, которые съели весь урожай и все домашние припасы, отчего в этой местности начался голод.

Я подумала, что все эти средневековые истории не имеют ко мне никакого отношения, и выключила компьютер.

Голова болела по-прежнему, есть совершенно не хотелось, и я решила, что настало подходящее время для прогулки. Как раз с лестницы послышался топот и шумное дыхание. Правильно, Антон с Маркусом выходят на вечернюю прогулку ровно в девять, говорила уже, что Антон очень аккуратный человек.

На этот раз Маркус недолго меня облизывал, у него были более важные дела.

Днем шел дождь со снегом, к вечеру немного подморозило, и я едва удержалась на ногах, когда Маркус задел меня, увидев вдалеке знакомую ротвейлершу. Он даже не заметил, как я покачнулась, и понесся к своей приятельнице, зато Антон успел меня подхватить.

— Ты сегодня какая-то грустная, — сказал он. — Случилось что-то?

На миг, на один только миг мне захотелось ему рассказать про сегодняшний жуткий день. Да, но если рассказывать про письмо, то придется рассказывать про Лелика и Лялю, то есть про то, что меня удочерили. А я про это рассказывать никому не хотела.

Вот, казалось бы, я взрослый человек, мне двадцать восемь лет, так какое кому дело до моего детства?

Но я никому ничего не говорила, если кто спросит — коллеги там или случайно с кем-то на отдыхе парой слов перекинешься, — я отвечала как есть: что мать моя умерла, отец разменял квартиру, выделил мне однушку, а сам женился на другой. То есть все полностью соответствует действительности. И спрашивающие вполне удовлетворялись этим ответом — мол, девушка не ужилась с мачехой и так далее.

Вот это не соответствует действительности, потому что жену Лелика я ни разу не видела, так что понятия не имею, кто она такая.

Сейчас я посмотрела на Антона и вздохнула.

— Голова болит с утра, наверно, к перемене погоды, завтра снова снег с дождем будет.

— Наверно, — согласился он и больше ни о чем не спрашивал, за это его и ценю.

После прогулки я напилась чаю с мятой и спала крепко и без сновидений. А утром увидела разбросанные мелочи из Аниной сумки и задумалась, что мне со всем этим делать?

Ну, хоть убрать подальше.

И вот, когда я аккуратно складывала в сумку косметику, расческу и кошелек, я заметила еще один маленький карманчик на молнии, куда вчера не догадалась заглянуть.

Там лежала сложенная вчетверо бумажка, которая оказалась квитанцией.

На ней от руки было написано неразборчивым почерком, что принята от Судаковой А. В. книга… дальше было совсем нечитаемо, и потом был адрес, тоже улица профессора Голубикина, только номер дома другой, из чего я сделала вывод, что это адрес мастерской. Что за мастерская, куда сдают книги? Наверно, я что-то путаю.

Я пыталась заняться хозяйством, потому что завтра на работу, а в квартире беспорядок и холодильник пустой. Но все валилось из рук, пока я не сообразила, что меня мучает совесть. Вдруг у Анны все же была семья? Или кто-то близкий, который сейчас волнуется, обзванивает больницы, и нигде ничего ему не скажут.