Книга Эхо флейты из Гаммельна, страница 78 – Наталья Николаевна Александрова

— Где ее найти?

Костомаров тяжело вздохнул и огляделся. Но понял по нашим лицам, что без ответа мы его не отпустим.

— В моей адвокатской конторе, — проговорил он наконец с явной неохотой.

— И где же эта контора находится?

Костомаров снова вздохнул и сказал:

— Раньше у меня была нормальная, очень приличная, даже респектабельная контора… При входе — большая клумба с петуниями и георгинами, два гипсовых льва и охранник, отставной военный. Все как у людей. А теперь мне приходится прятаться, шифроваться, использовать тайники и секретные коды, устраивать настоящий квест для потенциальных клиентов… Пойдемте, я вас туда отведу… Вижу ведь, что иначе вы от меня не отстанете.

— Это точно, можете не сомневаться!

Он опустил голову.

Я снова на всякий случай взяла его за руку, чтобы не сбежал, и мы отправились в путь.

Мы пересекли захламленное, заставленное разнообразным цирковым и театральным реквизитом пространство, где разговаривали с Костомаровым, прошли по очередному коридору и оказались в настоящей библиотеке.

Библиотека эта представляла собой просторную комнату с пятиметровыми потолками, все стены которой были заставлены книжными шкафами. Полки с книгами поднимались до самого потолка, поэтому тут и там стояли деревянные стремянки, с помощью которых можно было достать книги с верхних полок.

Кроме книжных шкафов в библиотеке имелось множество бюстов известных писателей, которые стояли через равные промежутки на резных деревянных консолях. Я узнала Льва Толстого по окладистой бороде, Пушкина по характерным кудрям и бакенбардам и Чехова по его знаменитому пенсне, но кроме них было еще много менее известных персонажей.

Впрочем, для тех, кто не знает писателей в лицо, на подставках под бюстами имелись подписи.

Костомаров уверенно прошел большую часть помещения, миновав бюсты Тургенева, Салтыкова-Щедрина и Мамина-Сибиряка, и вдруг удивленно проговорил:

— А это еще кто?

— Где? — спросила я и проследила за его взглядом.

И в ту же секунду он вырвал у меня руку и метнулся вперед.

И исчез.

Вот только что он был рядом со мной — и все, словно сквозь землю провалился!

Точнее, не сквозь землю. Мне показалось, что он прошел сквозь стену.

Мы растерянно оглядывались.

— Куда он девался? Здесь нет никаких дверей или окон…

Многочисленные гипсовые писатели насмешливо смотрели на нас со своих консолей.

— Он юркнул куда-то сюда… — Андрей показал на простенок между двумя писателями.

Один из них был И. И. Панаев.

Не знаю ничего об этом писателе, но хотя бы слышала фамилию. Опять-таки наша литераторша про него рассказывала, точнее не про него, а про его жену, которая его бросила и ушла к поэту Некрасову.

Вот они как поступали в девятнадцатом веке, а еще про мораль говорят (это тоже не мои слова, а ее). И таких примеров множество, продолжала наша старушка, а выскочка Ленка Сидорова тут же привела в пример Анну Каренину.

Тогда старушка наша рассмеялась и сказала, что Анна Каренина все-таки литературный персонаж, выдуманный. А с женой писателя Панаева не было никакого поезда, все кончилось хорошо. Говорила я уже, что непротивная была бабулька, мы ее любили.

На постаменте второго литератора было написано В. О. Рамотсок.

Что за странная фамилия? Финская, что ли? Никогда о таком писателе не слышала!