Книга Прости, если сможешь, страница 111 – Юлия Гойгель

— Лена, — окликаю ее.

Женщина оборачивается.

— Андрей знал о своей болезни и до последнего дня своей жизни делал всё, чтобы даже случайно не заразить никого из окружающих. Но вы с Мариной приняли решение за него. Он очень долго переживал, что Марина заболела. Но в том, что это случилось виноват не он, а ты!

Так ничего и не ответив, Лена выходит за дверь. Слышно, как стучат её каблуки на ступенях, затем на дорожке, как заводится двигатель машины.

— Наверное, не стоило этого говорить, — произношу я, глядя на Яра и Анастасию Андреевну. Но я не жалею, что это сделала. Не вредничаю. Но Андрей всю жизнь переживал, что так получилось, хотя я никогда не считала его виноватым.

— Ты всё правильно сделала, Аля, — поддерживает меня Ярослав и помогает встать с дивана. Крепко обнимает, на несколько секунд прижимая к себе. — Пришла пора нам всем ответить за свои ошибки.

Глава 46. Ревность

Проходит всего несколько дней, а внутри меня разрастается отчаянье. С каждым днём зима идёт на убыль, дни становятся дольше, но яркий свет не вызывает ничего, кроме боли. Я даже в доме вынуждена носить солнечные очки.

Хотя я стараюсь никому не показывать свое плохое настроение, Ярослав все свободное время проводит со мной. Он больше не задерживается на работе, постоянно пытается вытащить меня на прогулку хотя бы по территории двора.

Но его забота лишь усиливает мою душевную боль. Сколько ещё он выдержит? Сколько ещё я смогу его видеть?

Вечерами он звонит Кире, которую я никогда не видела. Разговаривая с ней, Градов не выходит из комнаты, не понижает голоса. Часто держит меня на коленях, продолжая обнимать во время разговора.

Но я чувствую в казалось бы деловом разговоре нежность и любовь с его стороны. Неизвестная мне женщина очень дорога ему.

Пусть он говорит, что между ними не было отношений, я безумно ревную. Он доверил ей свой бизнес. А для этого мужчины нет ничего важнее его дела. Я не ошибусь, если скажу, что он не просто доверил Кире свой главный проект, Яр доверил Кире собственную жизнь.

И я уже не увижу, как он смотрит на нее.

Так ухожу в самокопание и самонакручивание, что не слышу, как мужчина завершает привычный разговор с Кирой.

— Боль усилилась? — с тревогой смотрит на меня. — Врач сказал, что на ночь можно принимать ещё одну таблетку.

— Потому что больше нечего терять? — риторично произношу то, о чем постоянно думаю в последнее время.

— Не нужно так, девочка моя, — он осторожно опрокидывает меня на подушки и нависает сверху, словно пытаясь закрыть собой от жестокого мира.

— Лучше приготовиться, — шепчу я. Прикусываю нижнюю губу, чтобы не расплакаться. Ярослав никогда не любил женских слез. А в последнее время я плачу перед ним почти ежедневно.

Мужчина замечает и тут же зацеловывает место укуса. Осторожно касается своим языком ранки.

— Время ещё есть, Аля. Не нужно так рано отчаиваться.

Эти слова мне знакомы. Я часто говорила их Андрею. Теперь понимаю, насколько они бесполезны. Это при том, что у Андрея было больше времени.

— Люблю тебя, Аля, — шепчет Яр и вновь осыпает поцелуями мое лицо. — Всегда, всегда буду рядом.

Андрею я тоже это обещала. И, получается, не сдержала обещание. Ведь он мертв, а я все ещё жива.

Может, тем, что я вновь и вновь пытаюсь выжить, я предаю его? Может, это и есть проверка моей верности?