Книга Прости, если сможешь, страница 97 – Юлия Гойгель

Я на секунду закрыла глаза, позволяя себе почувствовать его руки, которые всегда были такими тёплыми. Услышать голос, который успокаивал. Увидеть улыбку, которая не сходила с его лица, даже если в этот день дела шли плохо.

— Маме нужно немного отдохнуть, — произнесла Анастасия Андреевна и увела внуков в столовую, чтобы разрезать торт, приготовленный в мою честь.

А в голову лезли мысли, что последний обед в честь Андрея уже состоялся…

Прости меня, Андрей. Прости, что я выжила. Прости, что я не любила тебя так, как ты заслуживал. Прости, что я не сказала тебе этого, когда ты был жив.

Яр снова предложил мне руку, помогая подняться с дивана. Пока я сидела, он снял с меня верхнюю одежду и ботинки.

Когда мальчики убежали и перестали мельтешить перед глазами, я ещё раз осмотрелась. Внутри дома всё было по-прежнему. Тот же диван, те же шторы, привычные фотографии на стенах. Я остановилась в коридоре, чувствуя, как помещение начинает кружиться перед глазами.

— Яр, подожди… Я не могу в нашу с Андреем спальню… Не сегодня…

Он ничего не сказал. Просто взял меня за руку и повёл дальше, в соседнюю комнату. Ту комнату, в которой он жил, когда оставался ночевать, приезжая к бабе Мане.

Помог мне сесть на кровать, снять удобную просторную футболку и штаны. Я прилегла, и мужчина тут же накрыл меня мягким пледом.

— Ты сегодня в гостиной поспишь? — уточнила я. — А завтра… завтра я соберусь.

— Я не буду сегодня спать в гостиной, Аля. Завтра ты тоже останешься здесь, — спокойно ответил мужчина. — В одной кровати со мной. Это не потому, что я хочу чего-то от тебя. Это потому, что мне так будет легче о тебе заботиться. Чтобы я слышал, если тебе станет плохо. Чтобы я мог помочь тебе ночью, если понадобится. Я хочу тебя чувствовать рядом с собой каждую секунду, Аля. И это не обсуждается.

Я смотрела на него, чувствуя, как внутри борются страх и благодарность. Яр не ушёл. Он держал меня, когда я падала, помогал мне вставать, когда я думала, что никогда не смогу. Но рядом с ним я чувствовала себя предательницей.

— Яр, — призналась я. — Я не хочу забывать его. И я не знаю, как жить с этим чувством вины.

Он сел рядом, взял мою руку в свои.

— Ты и не должна забывать его, — прошептал в мои волосы. — Он был твоим мужем. Отцом твоих детей. Но он ушёл, Алиса. Он ушёл, а ты осталась. И ты должна жить. Для себя. Для своих детей. Для меня.

— Я боюсь, что если я буду счастлива с тобой, я предам его память, — прошептала я.

Закрыла глаза, чувствуя, как по щекам текут слёзы.

— Не предашь, — покачал головой брат мужа. — Он желал тебе только счастья. Я знаю это, Аля. Я видел это в его глазах.

Глава 40. Верь мне

Убрав мою одежду, Ярослав выходит из комнаты, оставив открытой дверь. Возвращается через десять минут.

— Я включил воду, чтобы ванна наполнялась, — сообщает мне. — Как и обещал, первым делом тебя искупаем.

Ванну я очень хочу. В больнице был только душ, быстрый и неловкий, ведь приходилось пользоваться чужой помощью.

— Яр, можно и завтра… — слабо возражаю я. Признаюсь: — У меня нет сил даже на то, чтобы поужинать с мальчиками.

— Ничего страшного, — спокойно произносит Градов. — Утром проснешься с новыми силами, и все вместе позавтракаем. А ванна будет сегодня.

Стягивает с меня плед и подхватывает на руки. На втором этаже у нас две ванные. Гостевая, которая находится дальше по коридору, и хозяйская, в которую можно войти только из нашей с Андреем спальни.