Книга Причал её надежды, страница 94 – Ольга Маслюкова

Бортпроводницы стояли на проходе, провожая пассажиров и принимая слова благодарности.

Первый рейс для Софии прошел благополучно, да еще и в день рождения. Когда они всем экипажем поехали в гостиницу — обратный рейс был на следующий день, — решили отметить день рождения Софии в кафе. Второй пилот Эдуард незаметно исчез, но буквально через пятнадцать минут уже стоял перед Софией с букетом роз.

— Мадам, с днем рождения! — улыбаясь, он с восторгом смотрел на Софию. — Вы такая красивая, что просто невозможно отвести глаз…

— Все, все, все, — вмешалась Надежда. — Не верь ему, Соня. Он влюбляет женщин, а потом бросает.

— Надя, ну что ты говоришь! — возмутился Эдуард. — Может, София будет моей последней любовью. Среди множества женщин, подле которых я доселе играл роль и выполнял обязанности любовника, я не встретил еще ни одной, которая не желала бы любви. Если возле изумительной женщины на меня находит минута слабости, — он подмигнул Софии, — это моя малодушная страсть. Я всегда умел преодолевать ее и следовать своим правилам. Если я разделял трепет и опьянение, которые вызывал у женщины, — это мимолетное наваждение. Но признаюсь, что мне всегда было сладостно отдаться той, которая не вызывала бы у меня беспокойства. Неужели я в мои годы мог, словно школьник, оказаться во власти непроизвольного и неведомого мне чувства?

— Бабник ты, Эдик!

— Ну почему же так несправедливо, Наденька? — шутливо говорил он.

— Вот видишь, София, он сам в своей философии, а может, и в правдивых словах о женщинах, признался. Я была права, Эдик? У тебя их было много. Я не хочу подвергать Софию таким испытаниям. У нее маленькая доченька.

— Да-а-а?… — протянул он и почесал затылок, отчего козырек фуражки опустился на глаза. — Но это не помеха! — взбодрился он.

София слушала их и улыбалась. Эдуарду было лет тридцать. Он был холост и привлекателен. Надежда знала его похождения, так как была дальней родственницей: их бабушки были двоюродными сестрами, и она позволяла себе так разговаривать с ним в нерабочее время.

— Ладно, давайте праздновать! — Эдуард достал из пакета бутылку шампанского. — Нам с Романом Владимировичем нельзя. Требуется полноценный отдых, а вам, девушки, по фужеру не помешает. — Он глянул на приунывших Ксению и Татьяну.

— По фужеру не помешает, — отозвалась Татьяна и многозначительно посмотрела на него.

Она была влюблена в Эдуарда, и все это замечали. Но он всегда шутил с ней, ерничал, а она с улыбкой принимала все его колкости, считая, что недостойна такого парня. «Уж слишком он умен и привлекателен», — считала Татьяна. Ее заниженная самооценка, которая всегда мешала знакомиться, была преградой для ее кукольной внешности. Татьяна хорошо владела английским языком, но была замкнута. Свою работу девушка выполняла добросовестно, но, что творилось у нее в душе, никто не знал. Жила Татьяна одна, в однокомнатной квартире, ни с кем не делилась своей личной жизнью, после рейсов торопилась домой.

— А куда исчез наш бортинженер Василий? — спросил Эдуард, не увидев одного члена экипажа.

— Он хороший муж. Поехал за подарками для жены. Это традиция, — сказала Ксения.

Экипаж заказал ужин, и девушки снова поздравили Софию, выпив за ее здоровье по фужеру шампанского.

— Девочки, спасибо большое. Я не ожидала, что мой день рождения пройдет в другой стране. И сегодня мой первый день на работе. Хороший день. Я запомню его на всю жизнь.