Книга Мой ненавистный пожарный, страница 35 – Лиза Лорф

Его ладонь обжигает даже через ткань платья.

Сердце несется со скоростью спортивной машины.

— Отлично! Ближе.

Чувствовать оголенной спиной натянутую грудь Ветрова сводит с ума.

— Да. Так. Молодцы.

Я чувствую его горячее дыхание на виске. Он обнимает меня крепче, показывая камере часы на своих руках, но в то же время скрывая пламя, вспыхнувшее между нами.

Я чувствую его плотность.

— Еще. Еще. Еще.

Мое тело подается вперед навстречу Ветрову. Я слегка поворачиваю к нему лицо, и наши губы едва не соприкасаются.

Я горю.

Это становится настолько горячо и мучительно невыносимо, что еще немного и я попрошу фотографа прекратить.

Я готова к поцелую. Еще одному.

Но не на камеры. Нет.

— Хорошо. Ладно, закончили. Смена лука. Потом опять сюда. И поторопите опоздавшую.

Я высвобождаюсь из рук Ветрова и спешу в гримерку, чувствуя, как мое тело стало оголенным нервом.

Мира здесь.

Как теперь спокойно смотреть на Ветрова с Мирой позирующих вместе? Еще не вижу, но ощущаю прилив ревности…

Она колет изнутри.

Я сажусь за гримерный столик, придвигаясь ближе к окну, где есть розетка для плойки. В зеркале отражается Мира — она молча переодевается в платье цвета шампанского.

Что-то не так. Обычно она не затыкается ни на секунду, особенно перед съемкой. А сейчас просто механически выполняет указания стилиста. Не знаю, что меня напрягает больше: когда она так молчит, или когда выбешивает своими замечаниями и издевками.

Парикмахер начинает накручивать мои волосы на плойку. Легкий ветерок из окна приносит запах… Я принюхиваюсь. Алкоголь? От Миры?

— Ты в порядке? — спрашиваю я, наблюдая за ней в отражении.

— Прекрасно. — Мира натягивает улыбку, но глаза остаются пустыми.

Стилист поправляет на мне новое платье — изумрудное, с разрезом до бедра. Мира тоже готова.

Мы возвращаемся в студию, где пожарные уже переоделись в элегантные строгие костюмы. Они такие подтянутые в белоснежных рубашках под темными пиджаками…

Фотограф командует занять позиции.

На этот раз нас расставляют парами — я с Соболем, Мира с Ветровым. Она прижимается к нему ближе, чем нужно для кадра. Что-то шепчет ему на ухо, игриво улыбаясь. Пусть Ветров и молчит с серьезным лицом, мне это врезается в самое сердце.

Я стараюсь сосредоточиться на работе.

— Лицо посерьезнее. Нет. Не так. Расслабь губы, Мира. Нет. Так не пойдет. — слышу голос фотографа. — Достаточно. — недовольно командует он, отпуская Миру сменить платье.

Меня же он просит остаться, чтобы вновь подвергнуть сладким мучениям позирования рядом с Ветровым.

Соболь лишь довольно усмехается нам обоим. Его нисколько не смущает то, что его напарница позирует с другим.

Я захожу в гримерку, чтобы переодеться для последнего образа. Резкий химический запах лака для волос бьет в нос. Мира стоит у окна.

В глаза сразу бросается плойка, включенная в розетку. Раскаленный металл касается легкой шторки.

Нет. ее там не было.

Ткань начинает тлеть, распространяя едкий запах горелого синтетика.

— Мира, осторожно! — делаю шаг вперед, но она резко толкает меня в грудь. Так сильно, что я падаю, не ожидав подобного.

— Не подходи.

Её глаза стеклянные, пустые. В другой руке она сжимает баллончик лака для волос. Прежде чем я успеваю среагировать, она направляет струю прямо на тлеющую ткань.