Книга Девять месяцев. Случайный наследник Морозова, страница 68 – Олли Серж

— Но… – смущается. – Ты уверен?

Целую ее в скулу.

— Абсолютно.

На щеках Насти расцветает румянец, и когда она периодически выходит ко мне из примерочной, чтобы посоветоваться, идет или не идет ей выбранная одежда, я могу думать лишь о том, какая же она красивая! И как ей идет беременность…

Ощущение, что эта женщина была в моей жизни всегда, крепнет и расцветает в душе глубоким, болезненным чувством.

Плохо, Морозов! Ты же понимаешь, как это неосмотрительно.

Я обещаю себе все сделать так, чтобы Настя могла жить от меня обособленно, ни в чем не нуждаясь и не боясь за завтрашний день.

А потом уже из этой точки мы попробуем строить что–то более основательное. Сомнения – это яд. И в своих последних отношениях я бы хотел, чтобы их не было.

Почему–то я уверен, что если эта Королева крема и бисквита не войдет в мою жизнь, как жена, я уже вряд ли когда–нибудь смогу так безголово встрять в чувства. Хватит двух раз. Это и так слишком непосильная ноша для мужика. И удача…

Хотя, уже сейчас, спустя время, я сомневаюсь, что с бывшей женой у меня было также остро. Скорее, работала глубокая привязанность, порядочность и близость. Когда поднимаешься с человеком из ничего, это неизбежно. Но не вечно. Как оказалось. Сам я был слишком занят, постоянно и беспросветно, чтобы понять: в наших отношениях перестали совпадать цели и планы.

Почему я уверен, что с Настей так не случится? Да не уверен я!

Но готов беречь и работать над сохранением того, что есть.

Мягкий, плюшевый костюм сидит на ней просто идеально. И я предлагаю Насте продолжить прогулку именно в нем.

А по возвращению выбросить все старье! Как якоря прошлой жизни.

И будто подтверждая мои слова, пока я расплачиваюсь на кассе, Настя порывисто прижимается к моему плечу.

— Ты знаешь о чем я сейчас думала в примерочной?

— О чём?

— Вспоминала, как купила эти джинсы со стипендии с подружкой.

Со стипендии? Это ж сколько лет им, Господи!

— Там была акция двое по цене одних. – Продолжает Настя. – И мы разделили цену пополам. В институте я была чуть полнее, чем сейчас, поэтому страшно обрадовалась, когда именно их нашла в вещах. А ещё в них очень удачно можно было бы вшить резинку, когда начнет расти живот.…

Резко останавливаюсь, перехватывая Настю за плечи.

— Ты больше никогда не будешь думать так.

— Как? – Насторожено хмурится.

— Как сэкономить и выжить.

Опускает глаза.

— Прости.… я глупо выглядела сейчас? Да? Понимаю, ты привык к шикарным женщинам рядом…

Мы вздрагиваем от звонка на моем телефоне. Достаю его из кармана и смотрю на экран.

Настя тоже смотрит.

А на экране, черт возьми, горит во всей красе фотка Ирмы в белье. Черт, я хорошо помню момент, когда она его сделала, но что поставила на звонок, я не подозревал. Потому что обычно сам ей писал, когда появлялось свободное время.

— Да, – кивает Настя, – именно такие женщины.

Уходит от меня вперед по дороге. Я сбрасываю звонок и догоняю ее, хотя с пакетами бегать не очень удобно.

— Постой, Насть! Это абсолютно не то, что ты подумала!

— Но я уже подумала! – Взмахивает руками. – И мне не нравится то, что я чувствую!

— Давай так поступим…

Нажимаю на брелок сигнализации, открывая машину, и забрасываю внутрь на заднее сидение покупки.

— Не нужно оправданий. Просто давай поедем домой. Завтра рано вставать, – пытается избежать разговора Настя.