Книга Сердце хищника, страница 125 – Наталья Шагаева

Алиса

Валентина Владимировна покидает палату, прикрыв дверь за собой. А я продолжаю стоять, не в силах сдвинуться с места, судорожно сжимая край халата. Не могу ни вдохнуть, ни выдохнуть. Только горячие слезы беззвучно текут по щекам.

Давид отводит взгляд и прикрывает глаза. Он смертельно бледен и тяжело дышит. Под глазами залегли темные круги, и, кажется, он умудрился похудеть всего за один день.

Открываю рот, но тут же его захлопываю, понимая, что не могу вымолвить ни слова. Губы предательски дрожат. У самой кружится голова, и я пошатываюсь.

— Иди сюда, – хрипло просит Давид.

Подхожу к кровати.

— Сядь, – предлагает он.

Оглядываюсь в поисках стула.

— Сядь рядом со мной на кровать, – приказывает он.

Послушно опускаюсь у его ног.

— Ты жив… – выдыхаю как молитву, запрокинув голову, чтобы сдержать рыдания.

— Если Бог есть, то у него отвратительное чувство справедливости, – хрипло усмехается Давид. – Такая тварь, как я, должна была давно сдохнуть. Но он послал мне ангела-хранителя.

— Не говори так! Никто не заслуживает смерти, особенно в Эдеме! – слишком эмоционально вырывается у меня, голос срывается.

— Тихо, – сипит он. – Сядь ко мне ближе, Ангелина. – И он тоже называет меня чужим именем.

— Я не… – начинаю, но тут же замолкаю. Выполняю просьбу Давида, стараясь быть осторожной.

— Еще ближе, – приказывает он.

— Ты после операции, я не хочу тебе навредить.

— Хуже уже не будет. – Он сам берет мою руку и тянет к себе, заставив опустить голову ему на плечо.

Рассматриваю заклеенную пластырем рану на его скуле и почти физически чувствую его боль.

— Ты теперь Ангелина Сергеевна Орлова, – шепчет он, поглаживая мои волосы. – А я Денис Орлов. Твой супруг. Больше нет Алисы и Тени. Тем более Давида, он давно мертв. Я буду звать тебя Ангелиной, и ты должна привыкнуть. Нет, ты должна поверить, что ты Ангелина, а я Денис. Можно Ден – так, кажется, принято? – хрипло усмехается он. – Я попал в аварию на мотоцикле. Ты мчалась ко мне в больницу и тоже попала в ДТП. Мы женаты год. Родственников у нас нет, мы сироты. Познакомились в детдоме. Запомни это как «Отче наш». Это наша легенда, цена нашей свободы. Один промах – и нас не станет по-настоящему. Как только я окрепну и смогу встать, мы уедем на другой край страны, в маленький поселок. Там нас ждет дом.

— Дави… Денис, – шепчу я как можно тише. – А мои родители? Они так и не узнают, что я жива?

— Мы мертвы для всех. Такова цена. Если ты обнаружишь себя, под удар попадут и твои родные. Мы должны обеспечить и их безопасность тоже. Может, когда-нибудь, когда ад рухнет и взрывная волна снесет все его корни, ты сможешь их навестить. Но пока это лишь призрачная надежда. Мне очень жаль, Ангел. Очень жаль. Я сделал все, что мог. Мало просто выбраться из Эдема. У организаторов длинные руки. Прости.

Глаза снова щиплет, слезы наворачиваются, но я зажмуриваюсь, не позволив себе намочить его плечо.

— Ты поняла?

Киваю. Я поняла. Слишком хорошо поняла. И от этого понимания во рту горчит, словно я наелась полыни.

— Сейчас твоя задача – принять новую реальность. Не задавать лишних вопросов персоналу. Ты в стрессе, подавлена, все время проводишь у постели мужа. Все. В тумбочке лежит карта на твое имя и телефон. Пока мы здесь, закажи одежду на первое время. Самую невзрачную: кепки, темные очки. Чтобы, когда мы выйдем, нас никто случайно не узнал.