Книга Когда ты проснешься…, страница 71 – Андрей Эмдин

Техники, обслуживающие капсулы, ничего не знали о погружениях своих подопечных и выполняли исключительно техническую функцию. Они лишь окунали желающих обрести свое счастье в белые обтекаемые капсулы (Дрим-боты, кажется?), следили за их состоянием на протяжении всего путешествия и потом возвращали обратно. Персональный менеджер безупречно знал правила игры, умело приводил в чувство выныривающих, но не обладал никакой информацией о результатах. Но ведь кто-то в компании все-таки имел доступ к этой информации? Чьи-то руки должны были внести мои данные и данные Ольги в систему? Можно ли найти владельца этих рук, находясь вне огромной неприступной корпорации, спрятавшей от меня лучшее, что происходило со мной в жизни…

Не брать же штурмом милый старинный особнячок в центре города? Тем более что в этом здании почти наверняка не окажется ни Оли, ни служб, отвечающих за хранение информации об игроках. Старый техник Анатолий, помнится, говорил о том, что компании принадлежат десятки зданий, разбросанных по всей стране. А значит, затея с физическим штурмом любого из зданий корпорации — бессмысленна не меньше, чем попытка отыскать Олю в социальных сетях. И если последнее было поиском иголки в стоге сена, то насильственный захват принадлежащих компании территорий виделся поиском этой же иголки в сене, будучи одетым при этом в водолазный костюм.

«Копать нужно внутри корпорации», — вспоминаю я слова мудрого охранника. Но как оказаться своим для тех, кто по умолчанию считает всех игроков чужими?

В следующую секунду в голову приходит безумная мысль. Настолько безумная и идиотская, что я вскакиваю с лавочки, распугав бесстрашно приблизившихся голубей, и начинаю нервно расхаживать из стороны в сторону. Кровь приливает к лицу, меня бросает в жар. Я достаю из кармана телефон. Ладони вспотели, и у меня никак не получается разблокировать экран отпечатком пальца. Чертыхаюсь, дрожащими руками ввожу пароль и набираю номер Вадима.

Когда на том конце раздается спокойное приветствие друга, я выдыхаю в теплый вечерний воздух:

— Вадим, я собираюсь устроиться работать в «Неслучайную Встречу».

Шумно дышу, вдавливая предательски притихший телефон в ухо. Слышу лишь стук собственного сердца. Вадим молчит. Пауза затягивается.

— Алло, Вадим! Ты слышишь меня?

— Приезжай через час, — наконец отвечает друг. Его голос по-прежнему нейтрален.

— К тебе домой?

— Нет, я еще в офисе. Жду, — коротко бросает Вадим и отключается.

Я снова сажусь на лавочку и совсем другим взглядом смотрю на поблескивающее в темноте здание. Теперь, на волне поднявшегося во мне беспочвенного воодушевления, оно уже не кажется таким неприступным. Вместе с тем я отдаю себе отчет, что рано не только праздновать победу, но даже мимолетом думать о ней.

Прикидывая, как лучше построить предстоящий неприятный разговор, двигаюсь в сторону офиса. Спешить некуда — от места, в котором меня осенила безумная идея, до работы около получаса ходьбы, так что можно успеть подготовиться.

Представляю, как выглядело известие о том, что верный бизнес-партнер планирует совершенно добровольно оказаться за бортом. Но я не планирую совсем покидать Вадима, хочу лишь на время передать другу управление фирмой и собственными проектами. Но учитывая то, что Вадим и так работает из последних сил, балансируя между делами фирмы и навалившимися на него семейными заботами, предсказать, как он отреагирует на подобное предложение, невозможно.