Книга Бывший. Все вернется, страница 21 – Даниэлла Ник

Он был безумно щедрым человеком. После его кончины я стала владелицей караоке-бара «Авеню», в котором когда-то работала. Правда, к тому времени он значительно расширился. Также мне отошел его коллекционный «Майбах», просторная квартира, в которой я живу, двадцать пять процентов акций «Газстроя», собственная звукозаписывающая студия, ресторан в центре Москвы и огромная сумма на банковском счете.

Незадолго до его смерти, я учредила Фонд помощи для начинающих артистов «Звезда родилась», занимающийся их поддержкой на первых порах, который Ледер очень прилично спонсировал.

В свое время, меня выселили из общежития, и я была в шаге от того, чтобы вернуться в родной город. Какое-то время жила в автосервисе, затем меня приютил Саша. Все это время я наивно ожидала, что из отпуска вернется моя лучшая подруга Марьяша. Коренная москвичка с трехкомнатной квартирой. Но она заявила, что у нее потоп и принять меня она не сможет. Позднее выяснилось, что никакого потопа и не было. А она, в силу невероятной зависти, поспособствовала моему выселению, сдав с потрохами коменданту информацию о том, что я пробираюсь через черный вход после ночной смены. Меня выселили мгновенно. Кто знает, вернувшись в родную дыру, где была сейчас певица Лана Стэр? Скорее всего, она бы работала дефектоскопистом на металлургическом заводе и с тоской вспоминала московскую жизнь и мечты о карьере певицы.

— Александр Стефанович, Марьям Викторовна, — дежурно улыбается администратор в клинике репродуктивных технологий. — Марк Анатольевич освободится буквально через пять минут. Я вас провожу.

Мы поднимаемся на второй этаж самой современной клиники Москвы, сотрудница ведет нас по коридору и оставляет ждать на низком, удобном диванчике. Я с интересом осматриваюсь по сторонам. Стены выкрашены светло-серой краской, у каждой двери в кабинет высажены зеленые растения в горшках, в рамочках висят фото милых карапузов, рожденных благодаря медицинскому вмешательству. Играет тихая, ненавязчивая музыка. В целом, не ощущаешь себя в больнице, скорее, в дорогом отеле. Вышколенный персонал бесшумно снует туда-сюда в резиновых «Кроксах».

— Это большая удача, что мы попали к самому Подгорному, Саш! — горячо шепчет Марьяша мне на ухо. — Обычно люди ждут по полгода. А тут, нам так повезло! Кто-то отказался, и мне перезвонили!

Я беру журнал со столика, стоящего рядом. Там содержится информация о клинике, учредителях и ее открытии. На первом же развороте вижу фотографию певицы Ланы Стэр. Судя по всему, она выступала на открытии больницы. В ослепительном красном платье, в туфлях на высокой шпильке. Света очень фотогенична, удачно выполнен макияж, настоящая красавица.

— Это кто там? — заглядывает жена. — Светка, что ли? Столько лет горлопанит, пора бы уже о детях задуматься.

— Ей всего двадцать пять. Еще молодая, успеет.

— Ну, разумеется! А я будто старая?

— Какая связь, Марь? — морщусь я.

— Никакая. Что-то часто стала появляться она в нашей жизни. Скучаешь по подруге?

— А ты? Ты скучаешь? Вы же были так близки!

— Вот еще! Никогда мы близки не были. Она всегда использовала меня. Представляешь, когда эту дебоширку выселили из общаги, она ко мне просилась пожить. Будто у меня ночлежка. Пришлось соврать ей, что у нас потоп.