Книга Бывший. Все вернется, страница 44 – Даниэлла Ник

— Один поцелуй, Звездочка!

— Ты хочешь, чтобы я поцеловала тебя?

— Ты тоже этого хочешь. Ведь хочешь?

Кружу глазами по ее лицу. Какая же она красивая! Невероятно. Как я раньше не замечал ее влюбленности? На минуту подумал, что Марьям соврала мне, но сейчас понимаю, что это не так. Какой же я олень!

— Нет! Отпусти меня!

— Хочешь, Света! — придвигаю лицо так близко, что чувствую ее свежее дыхание вперемешку с ароматом кофе. Легко касаюсь ее губ. Не знаю, что чувствует девушка, но меня буквально прошибает током. Я хочу растянуть этот момент, запомнить его, фотографическим снимком запечатлеть на долгие годы. Кончиком языка провожу по нижней губе, легонько ее прихватывая. Лана слегка вздрагивает, упирается в мою грудь, но не отталкивает.

Нежно собираю блестящие волосы на затылке, и придвигаю ее поближе, потянув на себя. Давлю на зубы и проталкиваю в ее влажный рот свой язык. Некоторое время ласкаю, не встретив сопротивления. Света горячо дышит и, наконец, двигается на встречу. Сначала робко, и, будто нехотя, затем более уверенно и чувственно.

В венах мгновенно вскипает кровь, член таранит ширинку, просится наружу. Пульсирует, ноет.

Ладони на моей груди расслабляются, и она неуверенно обхватывает мою голову. Лана очень напряжена и не может до конца расслабиться. Ей нужно время. Ласкаю пальцами ее шею, расталкиваю ногой ее бедра, и наваливаю на стену. Девушка невольно начинает об меня потираться, наше дыхание учащается. Воздух электризуется, и того гляди рванет.

— Нам не нужно это делать, Саш! — стонет мне в рот девушка. — Нет! Ты женат, так нельзя.

— Мы разводимся, Лана!

Понимаю, что она мне ни хрена не верит, но все еще не уходит и не отталкивает. Внутри нее явно идет борьба, и я усиливаю напор.

Горячими ладонями проникаю под блузку, отодвигая бюстгальтер, и сжимаю полушария ее грудей. Упругие, теплые, с острыми сосками. Еще лучше, чем я запомнил в нашу единственную ночь.

— Ох! — вырывается сладостный стон.

Я припадаю к горошине, и всасываю в себя, раскатываю на языке, затем перехожу ко второму. Я сдерживаю себя как могу, чтобы не позорно не спустить в штаны.

На секунду отрываюсь от ласк и вновь заглядываю в ее глаза. Взгляд мутный, расфокусированный.

Расстегиваю пуговицу на ее брюках, рывком снимаю их вниз вместе с бельем.

Вновь припадаю к сладким губам. На этот раз жестко, грубо, сумасшедше. Затем целую шею, прикусываю, зализываю оставленные отметины. Света отчаянно хватается за мои плечи, выгибается как грациозная кошечка.

— Саша, ох!

Подхватываю ее на руки и несу к столу, укладываю на спину, снимаю ботильоны, а затем брюки. Развожу стройные ноги и с удовольствием смотрю на ее лоно. Ее вагина сочится, течет, розовая и абсолютно гладкая.

Затем снова припадаю к груди. Скольжу горячим языком по ореоле, захватываю вишенку соска, отпускаю, потом снова посасываю. Большим пальцем правой руки погружаюсь между нижних губок. Течет для меня, мокрая и горячая!

— Ты принимаешь таблетки? — хрипло спрашиваю я, лаская клитор.

— Ах, да. Конечно!

— У меня нет резинок, прости! Я здоров.

— Да, да!

В моменте расстегиваю ремень, резко дергаю молнию на ширинке и выпускаю свой болт на волю.

Приставляю головку к входу во влагалище, и без раскачки вбиваюсь сразу на всю длину.