Книга Бывший. Все вернется, страница 93 – Даниэлла Ник

— Лана, у тебя есть это видео? Чтобы мы могли показать его полную версию нашим зрителям?

— К сожалению, нет. Поверьте, это не то, что хочется пересматривать каждый день. Я не знаю, откуда оно взялось, и кто его выложил.

— Вернемся к Антону Немоляеву. Ты виделась с ним после того случая?

— Нет. Никогда.

— Ты понимаешь, что то, что ты говоришь сейчас — это обвинение и статья Уголовного кодекса?

— Разумеется. И я несу полную ответственность. Потому что это — правда. В нашей стране к таким вопросам относятся, как бы «закрыв глаза». Виновата всегда жертва насилия. Но ведь это не так! Харассмент — это форма нежелательного воздействия или домогательства, которое может быть как физическим, так и психологическим, включать в себя оскорбления, запугивание, угрозы, непристойные комментарии и даже физический контакт. Борьба с харассментом требует совместных усилий общества, организаций и государства.

Я пылко произношу свою речь, как вчера переживая эмоции восемнадцатилетней девочки в лапах огромного похотливого мужика. Зал проникается и долго аплодирует. Трясущимися руками, я наливаю себе стакан воды и выпиваю залпом.

— Спасибо, что была откровенна с нами, Лана. Это действительно, очень серьезная тема в современном мире. В Америке уже давно борются с этой проблемой. Пришла и наша очередь. Прошу внимания на экран.

Как в калейдоскопе появляются лица девушек, некоторые сняты со спины, у кого-то заблюрены лица, кто-то имеет в себе силы, и смотрит прямо в камеру. Они обвиняют Антона Немоляева в насильственных действиях в свой адрес в то или иное время. Всего их восемь. Это те, кто откликнулся на пост, выложенный Естер в соцсетях перед тем нашим интервью. Я не могу сдерживаться, и буквально рыдаю от жалости к ним.

Остаток передачи проходит как в тумане, Естер задает какие-то вопросы, я что-то отвечаю. Послушав истории девчонок, я понимаю, что еще легко отделалась, благодаря Саше. Кто-то до сих пор проходит лечение у психиатра, кто-то употребляет алкоголь, речь заходит о Назиме, уроженке Казахстана. Она покончила жизнь самоубийством.

— Разумеется, мы передадим все материалы дела в МВД и окажем всяческое содействие в возбуждении уголовного дела. Лана, ты большая молодец, что нашла в себе силы открыться перед нами. Позволь, я тебя обниму.

Она мне очень нравится, несмотря на то, что старается быть в образе стервы, человечность не скроешь.

— Ланочка, это еще не все. В наши руки попало полное видео событий того дня. Внимание на экран. Кадры сменяют друг друга, но я не смотрю. Там Саша как тигр сражается за мою честь и достоинство. А я все также сильно его люблю. Дура!

Зал долго не отпускает меня после съемок. Все хотят меня поддержать, обнять, подбодрить, выразить признательность. Меня бьет мелкая дрожь. Я испытываю невероятное облегчение от произошедшего. Артем находится рядом, крепко держа за руку. Даша с Марком тоже здесь.

Вечером я звоню маме, и мы долго разговариваем с ней. Она бесконечно плачет от несправедливости и жалости ко мне, маленькой девочке. Наревевшись вдоволь, мы тепло прощаемся. Осталось всего полтора месяца до ее прилета в Москву. Сегодня она даже заикнулась о переезде. Неужели это свершится?

На следующий день у меня отменены все мероприятия. Мне нужно привести свои мысли в порядок и обрести гармонию. Даша обещала заехать после обеда, Артем с утра. Нам нужно обсудить множество вопросов. Самый первый — откуда взялось видео.