Книга Сводные. Запретное влечение, страница 70 – Даниэлла Ник

Во мне живет жизнь. Поверить не могу. Вскакиваю на ноги и скидываю с себя футболку и лифчик, рассматриваю свое отражение в зеркале. Блин, как так-то? Ореолы сосков немного потемнели, или мне кажется? Вены точно сильнее видны стали. Поворачиваюсь в профиль, живот плоский, но уже не такой впалый, или мне опять кажется.

— Сонька! – стучит в дверь брат. – Ты скоро там?

— Иду! – хрипло кричу ему в ответ, вытираю слезы и умываюсь. Натягиваю обратно лифчик и футболку, собираю улики и засовываю за пояс леггинсов.

— Ты че там так долго? – ворчит он, протискиваясь мимо. – К гастритчику сходи, проверь желудок!

— Нет такого врача! – буркаю я, закрывая за ним дверь.

— Какой есть? Желудолог или печенег? – продолжает он веселиться из-за закрытой двери.

— Отстань!

Мне не до смеха вообще. Запираюсь в своей комнате и укладываюсь на кровать, уткнувшись лицом в подушку.

Надо что-то придумать. Чем скорее, тем лучше.

Черт! У меня же, получается, были месячные при беременности! Этого не должно быть. Я хватаю телефон и начинаю гуглить информацию. Разумеется, нахожу все самое страшное, вплоть до отслойки плаценты. Я с ума сойду, и посоветоваться не с кем. Злате позвонить? Она тоже охренеет, но это, пожалуй, самое адекватное решение.

Разблокирую экран и нахожу в исходящих номер подруги. Гудки идут, но она не отвечает. С Тимофеем гуляет все еще? Видимо, некогда ей. Что ж, перезвонит позже. Никуда не денется.

Укладываюсь поудобнее и забиваю в календарь дату последней менструации, онлайн календарь беременности сообщает дату предварительных родов – первое октября. Весы. Невольно улыбаюсь. Обожаю этот знак зодиака. Мой папа – весы. Идеально.

Вспоминаю, что взяла от бабушки тайную тетрадку со своими мечтаниями о сказочном принце Вячеславе, достаю ее с полки в шкафу. Я тщательно ее спрятала в коробке со школьными тетрадями, никто не найдет.

Шариковая ручка жжет пальцы, и я раскрываю дневник на последней странице. Последняя запись была сделана в мой День рождения. Мне исполнялось четырнадцать. Я описывала свои чувства и эмоции, мечтала о большой и чистой любви. А о чем еще мечтать молодой девушке? В институт поступить? Это вторично.

Задумываюсь на секунду, а затем выписываю строки ровным почерком. То, что произошло в папином доме оставляю за кадром, такое даже моя тетрадь не выдержит. А вот впечатления от свадьбы и эмоции от беременности описываю очень подробно. Даже рука устала. Заканчиваю на фразе, что какое бы я не приняла решение, Слава никогда в жизни об этом не узнает.

А вдруг, малыш будет похож на него как две капли? Нет. Мой отец тоже темноволосый и кареглазый, никто не догадается. Да. Именно так.

— Соня, Сеня! – доносится приглушенно мамин голос. – Вы где? Я пирожные принесла. Будете?

Я поднимаюсь с кровати, запихиваю тетрадь в коробку, закрываю шкаф и выхожу в прихожую.

— Ты чего такая? – хмурится мама, мгновенно замечая мое бледное лицо с выражением унылой какахи и заплаканные глаза.

— Голова болит! – лепечу я.

— Привет, мам! – вылетает из своей комнаты Арсений и выхватывает из рук пакет с пирожными. – Ооо, эклеры, мои любимые. Пойдемте скорее чай пить. Ма, я там роллы приготовил, хоть ты поешь. А то Соньку тошнит опять, она даже одного не съела.

— А че тебя тошнит? – окидывает меня подозрительным взглядом родительница, снимая с себя пуховик.