Книга Сводные. Запретное влечение, страница 76 – Даниэлла Ник

Не успеваю перевести дух, как она колотится в запертую дверь.

— Открывай! Немедленно!

— Уходи! – кричу ей. – Отстань от меня!

— Ты избавишься от этого ребенка! Я не позволю ему родиться и испортить тебе жизнь. Кому ты будешь нужна с прицепом? Сама еще дите, рожать она собралась. На что ты жить будешь? Шлюха малолетняя. Дала не понятно кому. Ясно теперь, почему тебя Павлик бросил. За него руками и ногами держаться надо было, а она хвостом вертит. Шалава!

— Замолчи! – верещу я, сотрясаясь в рыданиях. В висках пульсирует боль такой силы, что еще немного, и я сойду с ума, если она не заткнется.

— Мам! – доносится до меня голос брата. – Что у вас тут происходит? Соня, Сонечка, открой!

Боже! Никогда в жизни я так не радовалась появлению Арсения, как сейчас.

— Твоя сестра беременна! Хрен знает от кого! Еще и рожать собралась, идиотка! – цедит мама сквозь зубы. – Поговори с ней. Может, хоть тебя послушает. А если нет, то пусть убирается вон из моей квартиры.

— Это и моя квартира тоже! – парирую, сжав зубы. Нам с братом по одной трети принадлежит.

— Помечтай!

Прислушиваюсь к происходящему за дверью. Приглушенные голоса, шаги и хлопанье двери.

— Соф! – тихо зовет меня брат. – Открой. Ушла мама. Я один!

Я поднимаюсь на ноги и отворяю защелку. Сеня протискивается ко мне, и быстро закрывает ее обратно.

— Что у вас? Мама правду сказала?

Младший брат смотрит на меня обеспокоенно и тревожно.

— Да! – всхлипываю.

— Я так и думал! – кивает он и тянется обнять меня.

Человеческое тепло. Именно то, что мне нужно было прямо сейчас. Тепло и поддержка.

— Как так-то, Сонь? – шепчет мальчик, гладя меня по волосам.

— Так вышло.

— Папа знает?

— Да. Я ему позвонила.

— Что он сказал?

— Что будем рожать. Без вариантов! – улыбаюсь сквозь слезы.

— Согласен с ним! Вырастим! – по-взрослому заявляет братишка.

Смешной такой. Важный, приосанился. Даже гордость берет за него.

— Мама успокоится, и поговорите спокойно. Ты ведь знаешь, она отходчивая у нас!

— Я не хочу с ней разговаривать! – упрямо вскидываю подбородок. – Я не заслуживаю тех слов, что она говорила.

— Ты правда не знаешь, от кого ребенок?

— Знаю, конечно! – усмехаюсь. – Но даже под пытками не скажу. Он только мой. И ничей больше.

— Ладно! – вздыхает Сенька. – Есть хочешь?

— Сыта по горло! Не хочу. Я к Злате поеду, наверное. Переночую в общаге. А завтра видно будет. Не могу здесь находиться. Аура негативная.

— А че ты растрепанная такая? – замечает брат мой внешний вид.

— Мама мне пощечину дала и за волосы таскала. Ужас, что было, Сень.

— Жесть! С учебой что делать думаешь?

— Первый курс закончу, а там видно будет.

— Я помогать буду, Сонь. С коляской гулять, водиться! Никита с Лизой ведь выросли, и твоего вырастим! – уверенно заявляет парень.

— Спасибо, Сенечка! Я так тебе благодарна!

— Ну все, все! – бурчит он. Терпеть не может телячьи нежности. – Все кофту мне замочила!

— Прости! Прикроешь меня от мамы?

— Собирайся, не бойся. И пальцем тебя не тронет больше. Я не дам!

Я пишу Злате, что приеду через сорок минут. Она тут же отвечает, что ждет меня. Закидываю в рюкзак сменную одежду, косметику и тетрадки на завтрашние лекции. Вместе с Сеней забираю зубную щетку из ванной, быстро одеваюсь и натягиваю угги.

— И куда ты намылилась? – воинственно сложив руки на груди, вопрошает мать.