Книга Брак через "Нихачу" для мисс попаданки, страница 72 – Марина Орлова

В глубине души я начинала терять терпение, понимая, что еще немного и не справлюсь. Думала, что привыкла к подобному отношению и чувству одиночества, но даже после стольких лет это все еще было тяжело.

Хотелось просто… поддержки. Хотя бы фальшивой и короткой.

Ощущая, как на меня опускается разочарование, я смотрела, как девушка передо мной мнется и разрывалась между желанием узнать правду и порывом просто проигнорировать и по привычке притвориться, что все нормально, а я выдержу.

— Кажется, я начала постепенно возвращать свои воспоминания, – отрывая меня от своих размышлений, призналась Катрина, смотря на меня украдкой. Даже тон ее был испытующим. Но в тот момент я не обратила внимания на эту странность.

— Разве это не здорово?! – искренне порадовалась я за нее. Моя реакция вызвала у нее удивление, которое она поторопилась скрыть, как и мелькнувшее смятение. Она вновь посмотрела на меня в сомнении, но откровенной враждебности не было.

— Ваше Высочество, можно ли спросить у вас кое-что? – помявшись, вновь спросила она.

— Конечно.

— Есть ли у ваших родителей… еще дети, помимо ваших братьев? Может быть, сестры?

Вначале я не поняла ее вопроса. Да и откуда бы мне знать? Все, что мне известно о Маргарите, взято из сводок, предоставленных Феликсом.

С другой стороны, как знаток книжных клише, я понимала, что сходство Маргариты и Катрины не может быть случайным. Это, а еще наводящий вопрос героини вкупе с намеком, что ее память восстановилась, практически исключало ошибку в моих подозрениях. Оригинальная принцесса действительно была в родстве с Катриной.

Вопрос только в том, как так вышло, что ребенок королевской семьи был выброшен на задворки королевства? Враждебность и подозрительность Катрины только что начало обретать смысл: кажется, она подозревала, что я не обрадуюсь их родству и проверяла меня.

Мне-то плевать, так как я ненастоящая принцесса, а вот Маргарита на моем месте могла бы заволноваться.

— Намекаешь, что мы можем быть сестрами? – прямо спросила я ее.

— Если это так, что вы предпримете? – подтверждая свою подозрительность, настороженно уточнила Катрина, внимательно следя за мной.

— А что я должна сделать, по-твоему? – безразлично пожала я плечами. – Если хочешь, могу представить тебя ко двору и родителям письмо о твоем существовании написать.

Мое предложение вызвало у нее негативную реакцию.

— Нет! Не нужно ничего писать, – запротестовала она, чем еще больше озадачила. Так и знала, что дело нечисто. Поняв, что она только что отреагировала слишком сильно, Катрина попыталась перевести тему: – Вам действительно все равно? Не боитесь, что мое существование может угрожать вашему положению?

— Я не уверена, – честно призналась я. меня так и подмывало признаться Катрине, что я – ненастоящая принцесса, чтобы избавить наши отношения от этой неловкости и напряженности. Но я обещала Феликсу молчать. Потому, пока с ним не посоветуюсь, придется как-то временно успокоить девушку.

— Как это понимать?

— Это сложно, – скривилась я, чувствуя себя действительно неловко. – Могу лишь гарантировать, что против тебя ничего не имею и не замышляю. Потому можешь меня не опасаться. Мне все равно, в родстве ты со мной или нет.

— Как я могу в это поверить?

— Если бы я против тебя замышляла, думаешь, за все это время ничего бы не предприняла по твоему устранению?