Книга Истинная для проклятых, страница 44 – Сильвия Лим

Господи… что делать?

Точно! Я забыла про точки! Хоть чему-то меня научил Вайс.

«Если дойдёт до края — бей сюда. Быстро. Без жалости. И не думай ни о чем, маленькая госпожа». — так он говорил мне.

Я вцепилась пальцами ему в шею с обеих сторон и нажала. Не с первого раза, но нашла их.

Его глаза расширились. На долю секунды в них мелькнуло изумление, но зрачки закатились, тело обмякло и он, всей своей тяжестью, рухнул прямо на меня.

Воздух вышел из лёгких с хрипом. Его вес придавил грудь, рёбра и живот. Я несколько секунд задыхалась под ним, пытаясь хоть немного сдвинуть это тяжёлое бессознательное тело. Руки дрожали, когда я наконец смогла подлезть под него и с трудом, скуля от усилия, выкарабкаться. Воздух ворвался в лёгкие горячими рваными глотками. Перетекла на край кровати, сползая на пол, голая, с растрёпанными волосами, но живая. Живая и невредимая! Смотрела на его неподвижное тело и не верила.

Казалось… что я победила. Да? Не уверена.

Что-то мне подсказывает, что не будет так просто. Он ведь Высший. Точнее с их кровью. А значит… почти божество.

От сюда и красота. Черт… он действительно прекрасен. Весь! И если бы не был таким ублюдком, я бы…

— Ну хватит! — огрызнулась на себя, прикрыв глаза на пару секунд. — Ты еще влюбись в него!

Сейчас. Прямо сейчас можно было схватить что-то тяжёлое и добить. Разбить его красивую голову ко всем чертям! Пока он без сознания у меня есть этот крошечный шанс.

— Давай… ты сможешь! — твердила я себе. — Хватит зря время терять.

Я уже протянула руку к серебряному подсвечнику на тумбочке, который идеально подходил для задуманного, но… не успела.

Двери в его покои резко отворились.

Так, словно их выбили с ноги.

Блондин. Второй брат того, кто сейчас лежит без сознания на кровати.

Мне конец. Мне точно конец.

Тн застыл, но быстро скользнули по комнате. Понимаб его растерянность и удивление. Перед ним я — полностью голая, напуганная, растрепанная и живая. Его брат — лежащий поперёк кровати, без движения.

Вижу, как медленно приподнимаются его брови, а на лице появляется ухмылка. Странный он. Я бы в миг убила себя на его месте.

Несколько секунд в покоях стояла абсолютная тишина. Было на столько тихо, что слышала лишь свое дыхание и стук сердца.

Блондин медленно улыбнулся, а после… рассмеялся, как ненормальный.

Сначала тихо, потом громче и громче. Так, что звук ударил по стенам и вернулся эхом обратно. Он держался за живот, согнувшись пополам и вытирал слезы из глаз.

А я сидела. Молча. Без улыбки. Потому, что понимала. Этот смех не был добрым. Он смеялся над братом, но лишь за его глупость. Из-за того, что позволил девушке себя вырубить. И это… это совершенно меня не спасало сейчас.

Смотрела на него, почти не моргая, а внутри всё заледенело. Лучше бы кричал, честное слово. Это ожидание… Оно убивает.

Когда он наконец немного успокоился, вытер глаза тыльной стороной ладони и посмотрел на меня, я уже успела схватить подушку и прижать её к себе, прикрываясь хоть чем-то. Стояла в углу, спиной к стене, и мечтала убить взглядом.

— Не подходи! — тихо произнесла я.

— Я ожидал увидеть здесь жаркую сцену, но никак не это. Признаюсь, ты меня сильно удивила, птичка. — Он сложил руки под грудью и склонил голову вбок, рассматривая меня. — Мне вот что интересно… Как ты его вырубила? — спросил он спокойным тоном. — Наверняка пыталась убить, но не получилось? Или намеренно усыпила? Точно знаю, что сделала это не магией. Ею в этой комнате и не пахнет.