Книга Истинная для проклятых, страница 67 – Сильвия Лим

Это было сложно, муторно и иногда бесило до скрежета зубов, но каждый раз, когда я представляла глаза тех девушек из сна — пустые, напуганные, силы откуда-то брались.

А ещё я очень хотела, чтобы Милана спокойно отучилась и стала врачом. Лекарем, как сказали бы там, в том мире. Чтобы она спасала людей по-настоящему, а не сидела ночами у больничной койки сестры, боясь моргнуть.

Все получится. Она у меня молодец, а я всегда буду рядом. Но по ночам мне порой снились… Два удивительно прекрасных эльфа.

Они стояли на коленях напротив той самой закрытой картины в галерее. На полу перед ними в странном, сложном порядке были разложены разноцветные камни — точно такие же, какие раскладывал лекарь в замке из моего сна, но больше. Братья что-то чертили пальцами по каменному полу, были молчаливые и сосредоточенные. А я стояла позади них и просто смотрела на это всё, совершенно не понимая, что чувствую.

Они оба не реальные, всё это — только моё воображение. Никого не убивали, потому что их просто не существует. И всё равно каждый раз во сне мне до боли хотелось шагнуть ближе, коснуться, сказать: «Я здесь». Обнять. Поговорить. Хотя бы на минуту.

Но утром, я просыпалась в своей комнате и еще долго смотрела в потолок.

В тот вечер мы с Миланой пошли на ночной сеанс в новый кинотеатр. Погода стояла прекрасная, по этому решили прогуляться до дома пешком. В городе как раз был праздник — гирлянды, музыка, толпы людей, запах сладкой ваты и жареных каштанов возносились по округе. До дома оставалось всего две остановки, идти было легко, а мы болтали и смеялись, наслаждаясь вечером. Милана рассказывала про первую сессию и страшного препода по анатомии, от которого у всех мурашки по телу бегут, когда он смотрит.

По пути решили зайти в круглосуточный гипермаркет за мороженым и чипсами, было нормально до той секунды, пока маленький мальчик, бежавший между рядами, не врезался в меня и не вылил почти полный стакан ягодного сока прямо на светлую блузку и джинсы.

— Ой, простите! — заголосила мама, хватая ребёнка за руку. — Он не специально.

Я только отмахнулась с улыбкой и посмотрела на себя.

— Ничего страшного, бывает.

Охранник кивнул и указал на неприметную серую дверь в углу торгового зала. Мы протиснулись внутрь, а это оказалось крошечное помещение, где были полки, швабры, ведра, запах порошка и сырости. Одна тусклая лампочка под потолком мигала, как в страшном кино. Я уже потянулась к бумажным полотенцам, когда Милана вдруг схватила меня за локоть и остановила.

— Ками… — ее голос дрогнул, словно она что-то страшное увидела.

Справа, там, где должна была быть обычная дверь в соседний склад или чулан с инвентарём, медленно появлялся мягкий белый свет. Сначала едва заметный, как от очень слабого фонарика, а после ярче. Ещё ярче. Он лился из-под двери и сквозь щели, заливая серый пол серебристыми бликами.

Я раньше уже рассказывала Милане про сон. Про братьев, про замок, про рыжие волосы и кровь на камнях. Она тогда только улыбнулась, потрепала меня по плечу и сказала, что у меня слишком богатое воображение и что кома явно дала мозгу хорошенько разгуляться.

Сейчас она стояла белая как полотно и смотрела на светящуюся дверь, как на настоящего призрака.

— Ками… — почти беззвучно прошептала она. — Ты тоже это видишь?