Книга Белый асфальт, страница 67 – Анна Князева

— Ну, в чем дело? Есть что-то новое?

Тот быстро прошел к висевшей на стене карте и ткнул в нее пальцем:

— Вот здесь, в пятнадцати километрах к востоку от Совиной Плахи, есть еще одна изба. Не сказать, что хорошее зимовье, избушка так себе. И, если Совиная Плаха – базовое зимовье, то эта изба – путиковая, стало быть, проходная. Избушка старая. Ее называют Михайловской.

Стерхова подошла к карте:

— Как вы это узнали?

— Вчера к бате дружок приходил, охотник. Он рассказал.

Анна задумчиво кивнула:

— Что-нибудь еще?

— От Северска до Михайловской, если идти на северо-запад, около двадцати километров. А от Михайловской до Совиной Плахи – пятнадцать. Напрямую от Северска до Совиной Плахи получается тридцать километров.

— Значит, Михайловская стоит чуть в стороне от основного маршрута…

Она прочертила пальцем по карте от зимовья Совиная Плаха до Михайловской избы:

— В этом направлении пролегал маршрут Лубнина и Лаврентьевой. В этом же направлении уходил убийца москвичей, который бросил карабин. Теперь мы точно знаем, куда они направлялись. И в том, и в другом случае – на Михайловскую. Но только с разницей в тридцать четыре года.

Оторвавшись от карты, Анна повернулась к Астафьеву:

— Найдите Сизова.

— Сейчас? – опешил Иван, еще не понимая, зачем.

— Немедленно! – Стерхова была собрана и резка. – Он знает тайгу. Нужна его консультация.

На поиски Сизова ушло не менее часа. Иван отыскал его в конторе охотничье-промыслового хозяйства. По счастливому стечению обстоятельств Егор Иванович был не в тайге.

Войдя в кабинет, он по обыкновению был невозмутим. Казалось, его ничто не удивит. В том числе, вопрос Анны Стерховой.

— Егор Иванович, расскажите мне про Михайловскую избу. – она указала на булавку, которую воткнула в карту перед его приходом. – Бывали там?

Сизов подошел ближе.

— Говорите, Михайловская? – он усмехнулся. – Неужто еще стоит?

— Об этом я у вас хотела спросить. – Заметила Анна.

— Давненько там не был.

— Когда в последний раз? – настойчиво уточнила она. – Мне надо знать, в каком она состоянии.

Сизов внимательно разглядывал цветные линии и обозначения, которые Стерхова нарисовала на карте.

— Эко вы ее разукрасили…

— Мне надо знать, в каком состоянии находится Михайловская изба. Или по крайней мере, в каком состоянии находилась два года назад.

— Зачем?

— Чтобы понять: можно ли было укрыться в ней зимой и переночевать хотя бы ночь. – Объясняя, Анна превозмогала растущее раздражение.

— Этого пообещать не могу. – Покачал головой Сизов. – Она уж и развалилась, наверное. Давненько там не был.

— Тогда посоветуйте, к кому обратиться за информацией. – Она вернулась за стол, взяла ручку и приготовилась писать. – У вас же есть друзья-охотники? Кто может знать?

— Говорю вам. На Михайловскую уже лет двадцать никто не ходит. Она ж путиковая, для передышки построена. Теперь в тайгу идут сначала на вездеходе, пока есть дорога, а дальше на снегоходах. Прогресс, елки палки! – Сизов неожиданно широко взмахнул рукой и сшиб со стола Добродеева стеклянную пепельницу. – Ах ты, черт! – Он наклонился, поднял ее с пола и поставил на место. – Не разбилась, и слава Богу.

— Значит, ничего не знаете про Михайловскую. – Стерхова подвела черту. – Все равно, спасибо, Егор Иванович.

Сизов не спешил прощаться, он подошел к карте и ткнул в какую-то точку ниже по течению Енисея.