Книга Не жди меня долго, страница 39 – Анна Князева

Она достала из папки пачку фотографий и раздала их коллегам. На их столы легли кадры из фильма Воронина, фото свитера и снимки трупа неизвестного.

Корепанов внимательно рассмотрел изображения и уверенно произнес:

— Один и тот же человек – никаких сомнений. Проведу необходимую экспертизу, чтобы подтвердить совпадения.

Анна удовлетворенно кивнула:

— Горшков, запросите материалы этого дела из архива. И еще, – Стерхова подняла глаза на следователя, предчувствуя протест. – Дело об исчезновении «Океаниды» тоже возобновлено. Его материалы также необходимо запросить из архива.

Горшков заметно напрягся и с иронией в голосе поинтересовался:

— Не многовато ли будет? Не надорвемся?

Стерхова невозмутимо кивнула:

— В самый раз. Работы прибавилось, но эти дела связаны с убийством Воронина. Уверена, нам разрешат привлечь дополнительных сотрудников. Об этом я позабочусь. – Она поднялась и, подводя черту, распорядилась: – Работаем. Сбор послезавтра в восемь утра. Созвон по необходимости.

Совещание закончилось. Мужчины собрали свои бумаги и потянулись к выходу. Последним выходил Горшков. В дверях он столкнулся с мэром Шуваловым. Они коротко обменялись рукопожатиями. Горшков вышел, а мэр прошел в комнату и подсел к столу, за которым сидела Стерхова.

— Приветствую! Как продвигается расследование, Анна Сергеевна? Как живется в Светлой Гавани? Нужна ли какая-то помощь с моей стороны?

— Здравствуйте, Вячеслав Игоревич. Это вы, кстати. Нам нужен еще один оперативник и помощник следователя для Горшкова. Дело разрослось, и он зашивается.

— Ну, это не проблема. Позвоню, кому надо. – Пообещал Шувалов и тут же перешел к сути визита: – А я и пришел к вам по этому вопросу. Мне показали документы, которые пришли в ОВД из Москвы. Признаться, я обескуражен.

— Почему? – спросила Стерхова.

— Мы вроде договорились, что расследование будет быстрым, без лишнего шума. – Сказал Шувалов.

— Не помню, чтобы я вам обещала такое, – ответила Анна.

— Дело, как вы правильно выразились, разрастается и приобретает дополнительный масштаб. Вы вскрываете старые раны. Одно дело – музей Кошелева. Другое – расследование старых преступлений, которое Бог знает, к чему может привести.

— Вот и посмотрим, – холодно заметила она.

— На что? – озадачился мэр.

— Посмотрим, к чему это приведет.

— Анна Сергеевна, давайте, говорить по-дружески?

— Мы с вами не друзья, Вячеслав Игоревич. Вы – должностное лицо, я – следователь по делу об убийстве. Разговор может быть только официальным.

Шувалов поднялся, возмущенный такой категоричностью:

— С вами, как я вижу, невозможно договориться.

— Ну, почему же… – заметила Стерхова. – Смотря, о чем договариваться.

Они обменялись напряженными взглядами, и Шувалов вышел из кабинета.

Конфликт не предвещал ничего хорошего.

Анна отложила бумаги и устало потерла переносицу. Солнечный свет, казалось, издевался, бесцеремонно врывался в окна и отражался от гладкой поверхности стола яркими бликами.

Она взяла телефонную трубку и набрала номер ресепшн.

— Будьте добры, передайте Виктору Петровичу, что Стерхова просит его прийти в оперативный штаб. Он знает, это на втором этаже. И пусть подойдет как можно скорее.

— Конечно, Анна Сергеевна, передам непременно, – любезно ответила портье.