Книга Ни любви, ни денег, страница 46 – Соня Дивицкая

— Мясо не хочется, – Люба сказала. – Рыбу тоже. Единственное, о чем тоскую, – сальце, так иногда приятно на черный хлебушек кусочек положить…

Она понюхала с закрытыми глазами самое обычное в общем-то сало и с блаженной улыбкой положила на язык первый кусочек.

— Так хочется любви… – застонала она. – Любви и ресторан. А он запирает меня на кухне!

Вскоре ко мне заскочил и Дима, оставил детей, сказал, что у него срочные дела в городе. Какие у него дела, он не объяснял, но на пороге повернулся и спросил вороватым шепотом:

— У тебя нет сигаретки?

Сигаретки! Он лекцию мне прочитал о вреде никотина и просит сигаретку! Какие еще нужны доказательства? Было очевидно, что семейство переживает острый кризис. И этот кризис был неминуем, ведь причины семейных конфликтов чаще всего кроются вовсе не в любви, а в деньгах.

Себестоимость школьных обедов никто не посчитал, ее определяли кое-как навскидку, и в конце месяца, когда элементарно сложили вместе чеки за продукты и электричество, получилось, что Люба отработала в ноль. Она сию минуту захотела отказаться от работы. К тому же, ей показалось, что муж наслаждается ее прикованным к плите рабским положением.

— У нас нет прибыли! Я не могу нанять кухарку! Уборщицу нанять не могу! Я что, должна пахать на твой детсад как проклятая? За бесплатно?

— Ноль – это не минус! Мы найдем еще три, четыре таких детских сада! Себестоимость снизится, тогда ты и наймешь себе помощницу.

— Я не хочу об этом даже слышать! – кричала Люба. – Все! Больше никаких детсадиков! Я отпахала вхолостую на твою хозяйку! Ты с ней гулял, а я стояла у плиты и еще тебе рубашки гладила!

— Так, тихо! Успокойся, – начал командовать Дима. – Или слушай меня, или выкручивайся сама, если ты такая умная!

Дима снова полез двигать шкаф, у него это как-то само собой получалось. Полез за рубашкой и решил двигануть на новое место. Люба обиделась, ей тоже захотелось развеяться. Она позвонила тренеру, тому самому, которого заочно называла деловым партнером. Тренер сказал, что заедет за ней, что они выпьют где-нибудь кофе и спокойно обсудят проблему.

— Денег нет уже, по кафехам шастать, – напомнил Любе муж.

— Ниче, – легкомысленно ответила Люба. – Он заплатит.

Придраться было не к чему, деловой партнер… Появление такого предполагалось, начинается бизнес – непременно появятся и деловые партнеры. Люба встречалась с этим тренером и раньше. Обменивались идеями, ничего такого между ними не было. Муж знал об этом, но почему-то именно в этот раз он решил ревновать.

Когда нафуфыренная Любка вышла в прихожую, Дмитрий загадочно помрачнел. А когда к дому подъехала машина тренера, он выскочил на крыльцо с топором. Ревнивый муж кидался на делового партнера и орал на всю улицу, что читал его переписку с женой, что убьет их обоих, что сейчас же позвонит его жене и все расскажет.

Детишки испуганно смотрели на разъяренного отца и дружно хныкали. Хныкали и хрумкали сухарики, которыми у них всегда были набиты кармашки. Худой, костлявый, с топором, Дима прыгал перед соседскими окнами вокруг чужой машины, а человек спортивного телосложения в приличной обуви убегал от него по весенним грязным лужам. Тренер уводил огонь на себя, он испугался не за Любу, он испугался сесть в машину, машина могла от топора пострадать, поэтому он бегал кругами вокруг детской площадки. Зрелище было веселое: Люба стояла на крыльце и визжала, детишки пялились в окно и хрумкали, и мелкая собачонка тявкала визгливо, пыталась схватить тренера за штаны.