Книга Пленница, страница 53 – Татьяна Устинова, Павел Астахов

Во-вторых, новая власть крайне негативно относилась к любым иностранным валютам, а потому запрет на ввоз в страну денег других государств из формального становился вполне себе действующим. Российские карты «Мир» в Манзании пока работали, однако в любой момент их могли легко отключить.

— И что делать? — спросила я, совершенно сбитая с толку. — С какими деньгами лететь? Понятно, что местную валюту я за оставшееся до вылета время ни за что не найду. Кстати, как она там у них называется.

— Мана, — сообщил Мишка. — Лена, ну, ты же взрослый человек, а не маленькая девочка. В любой стране мира ходовой валютой для решения любых проблем являются доллары, поэтому везти нужно их, в мелких купюрах, потому что страна очень бедная и десять долларов для них — гигантские деньги. Но прятать нужно хорошо, ни в коем случае не показывать и не декларировать, менять только на черном рынке.

— И где я в чужой стране найду этот черный рынок? — спросила я.

— Я дам тебе координаты одного человека. Это старый еврей, приехавший в Манзанию из Голландии лет сорок назад. Ему сейчас уже хорошо за семьдесят. Он был женат на манзанийке, которая родила ему троих детей. Те уже давно выросли и уехали в Европу, жену он похоронил, но сам остался в Африке, уверяя, что ему там климат подходит. Это удивительно ушлый человек, который помогает всем приезжим белым, как говорится, «решать вопросы». У него, кстати, юридическое образование, так что в плане местных правовых норм он вполне сможет тебе помочь. И с валютчиками сведет, и безопасный отель найдет. Сейчас договорим, и я пришлю тебе номер его телефона, а пока ты будешь лететь, предупрежу, чтобы он тебя встретил в аэропорту и сопроводил. Его услуги будут стоить две тысячи долларов. Можно в крупных купюрах. Посильно?

Я уже давно включила громкую связь, чтобы Виталий тоже был в курсе происходящего, и, услышав вопрос, посмотрела на него. Миронов кивнул.

— Да.

— На жизнь (отель и пропитание) тебе пятисот долларов хватит за глаза. Там все очень дешево, а вот сколько будет стоить вытянуть твою сестру из неприятностей, я понятия не имею. Это зависит от того, как сильно она влипла и насколько местные боятся ужесточающейся антикоррупционной борьбы. Как правило, каждое новое правительство начинает ее во здравие, а спустя какое-то время заканчивает за упокой, потому что жить всем хочется. Думаю, что в две — две с половиной тыщи баксов уложишься.

Наткина «дармовая» поездка выливалась во вполне себе круглую сумму. Я четко осознавала, что, если бы не Виталий, вряд ли была бы в состоянии себе ее позволить, не влезая при этом в долги. Вот уж воистину, не гонялся бы ты поп за дешевизной.

— Что мне еще надо знать? — спросила она Забегалова. — Ты мне поможешь какими-нибудь связями в посольстве?

— В Манзании нет российского посольства, — ответил он, вздохнув. — И это еще одна причина, по которой туристам там совершенно нечего делать. Консул работает из соседней Эритреи. Разумеется, я туда позвоню и попрошу тебе помочь, оставлю твои координаты. Только ты, во-первых, положи довольно много денег на телефон, а во-вторых, сразу, как только сможешь, купи местную симку и с нее через WhatsApp сообщи мне твой манзанийский номер, чтобы я мог им дать его для связи. Учти, что завтра и послезавтра в России выходные дни, и в консульствах тоже, а у меня есть только служебные телефоны, так что связаться с консулом я смогу, скорее всего, только девятого числа.