Книга Квартира в раю, страница 28 – Татьяна Устинова, Павел Астахов

— Какая? – все еще уныло, но заинтересованно спросил Сенька.

— Не закисать в рутине. Научиться чему-то новому. Тому, чего ты раньше не умел. А со всем остальным разберемся. Я тебе обещаю. Захочешь остаться в старой школе, будем придумывать, что с этим делать. Договорились?

— Договорились, – с облегчением сказал Сенька, знавший, что Таганцев никогда не нарушает данного однажды обещания. – Ладно, я пойду в Сети поиграю. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, – хором ответили Таганцев и Натка и отправились в свою новую спальню, чтобы воспользоваться отсутствием дома Насти и провести первый вечер в новой квартире не без приятности.

* * *

Признаться, вот уже две недели я находилась в состоянии некоторой нервозности, причину которой никак не могла определить. Казалось бы, все хорошо, точнее, практически идеально. Собрав вещи, я перебралась в свою новую квартиру, которая оказалась именно такой, какой выглядела в день нашего первого с ней «знакомства» – идеально комфортной.

Мне прекрасно спалось в своей новой спальне, с открытого балкона которой можно было увидеть расстилающийся неподалеку Ботанический сад со всем его почти летним разноцветьем и разнотравьем. На кухне, просторной и удобной, я неспешно варила себе по утрам кофе и делала простенькие горячие бутерброды, которые съедала, глядя через панорамное окно на просыпающийся микрорайон.

Здесь было много детей, которых родители по утрам вели в садик, а еще местные жители очень любили собак, а потому через окно я видела небывалое многообразие видов: модных и дорогих породистых, а также простеньких и даже совсем беспородных. Времени на дорогу до работы у меня уходило в среднем примерно столько же, сколько и от старой нашей с Санькой квартиры, где дочь хозяйничала теперь сама.

Она переехала в мою спальню, Фома Горохов перевез к нам свои вещи, и Сашка уже несколько раз выговаривала мне, что я никак не вывезу свои оставшиеся коробки, сваленные в гостиной. Там были упакованы предметы не первой необходимости, например зимняя одежда и обувь, а я пока перевезла и развесила по шкафам только самое нужное.

Самой себе я объясняла это желанием не загромождать ненужным хламом новое пространство, полное воздуха и света. Мол, выяснится, без чего точно не обойтись, тогда я это и заберу, а все, что в хозяйстве не является остро важным, можно будет раздать или выбросить. Однако где-то в глубине души все равно шевелился червячок сомнения, поскольку пока я так и не ощущала эту прекрасную квартиру своей.

Мне все казалось, что я чья-то гостья, которую пустили пожить здесь из милости. Ощущение временного присутствия не проходило, даже когда я держала в руках свидетельство о собственности, в которое вписали мое имя. Моя подруга Машка сказала, что это странное чувство вызвано тем обстоятельством, что я не привыкла от кого-то зависеть.

С того давнего времени, когда меня, беременную, бросил Сашкин отец, а вскоре после этого не стало родителей, я привыкла отвечать за себя сама, и чувство зависимости от других людей и обстоятельств, в данном случае от подаренной мне квартиры, заставляло меня ощущать себя неуютно. Возможно, Машка и права, кто знает.

Еще одним поводом для нервозности являлось то обстоятельство, что Виталий не оставлял своих намеков о том, что хочет, чтобы я родила ему сына. Да что там намеков, он уже несколько раз говорил об этом открыто и недвусмысленно. И в частную клинику на комплексный чекап здоровья записал нас обоих.