Книга Квартира в раю, страница 69 – Татьяна Устинова, Павел Астахов

Сутки я провела словно в тумане. Несколько раз звонил Виталий, но сначала я не брала трубку, поставив телефон в беззвучный режим и глядя на переливающийся то и дело в приступе очередного вызова экран. Текстовые сообщения, которые он начал мне присылать, поняв, что я не отвечу, я тоже не читала, а позже, чтобы избежать соблазна, и вовсе выключила телефон. До утра меня некому было искать.

Ночь я провела без сна и в слезах, а потому встала совсем разбитая, но все же поехала на работу, потому что иначе поступить не могла.

— Что с вами, Елена Сергеевна? – спросил меня верный Дима, бросив взгляд на мое измученное, с синяками под глазами лицо. – Заболели?

— Нет, спала плохо.

— А я, наоборот, отлично выспался. Женька с ее токсикозом спать ложится в девять вечера, ну, и я вместе с ней. Не хочу ее одну оставлять, пусть и во сне. Она смеется, что мы – два сурка, а я говорю, что лучше спать, пока есть такая возможность. Вот родится ребенок, и у нас ее точно не будет, а она говорит, что выспаться про запас еще никому не удавалось. А я…

— Дима, пожалуйста, давайте отложим на потом вот эти ваши «а я», «а она». Вы не думайте, что мне неинтересно, просто голова болит, и стрекот голоса меня раздражает.

— Простите, Елена Сергеевна, – смутился Дима. – Я как-то не подумал.

Телефон я включила только днем. В перерыве между заседаниями. К счастью, мне никто из родных не звонил. Все занимались своими делами. Непринятых звонков от Миронова оказалось пять, а непрочитанных сообщений – двадцать восемь. Я решительно отложила телефон. Сначала я поговорю с Костей, чтобы видеть картину целиком, а уже потом прочитаю все то, что Виталий считает нужным мне сказать.

Вторник тянулся бесконечно, но все-таки кончился. Отпустив Диму, который тут же радостно убежал к своей Женьке, я позвонила Сашке, чтобы убедиться, что у нее все в порядке, и поехала домой. До встречи с Костей оставалось чуть больше часа.

Таганцев приехал вовремя. Вид у него был уставший.

— Покормишь? – спросил он с порога. – Я сегодня без обеда. Жрать хочется, сил нет. Была мысль – заскочить домой и поесть, но мне бы потом не объяснить было Натке, куда я пошел, а ты же настаивала на том, что наша встреча конфиденциальна, вот я и не стал палиться.

— Пойдем, посмотрим, что есть в моем холодильнике. Правда, предупреждаю, что особых разносолов не имеется. И да, это правильно, что ты ничего не стал говорить Натке.

— Лена, что-то случилось? – Костя прошел в кухню, сел за стол, глаза у него были цепкие, внимательные.

— Да, случилось. Но что именно, ты мне расскажешь.

— Не понимаю.

Я поставила перед ним остатки какой-то еды, которую готовила себе еще в воскресенье. Самой мне есть совсем не хотелось, хотя от голода немного подташнивало. Костя накинулся на еду с аппетитом очень голодного человека, а я принялась рассказывать о том, что узнала от Никиты Говорова, не умолчав и о вчерашней размолвке с Мироновым. Чем дольше я говорила, тем медленнее ел Костя, под конец совсем отложив вилку в сторону.

Лицо у него было как у побитой собаки. Мои последние надежды на то, что Говоров соврал, а Виталий не стал спорить, потому что был не в курсе происходящего, развеивались как дым. Нет, все, все случившееся было правдой. И оставалось понять, как с этой правдой жить дальше.