Книга Класс. История одного колумбайна, страница 102 – Павел Астахов

Даже засыпая поздней ночью, он продолжал бессвязно бубнить комплименты возлюбленной и заснул с умиротворенной улыбкой на лице.

В качестве подарка Дима купил букет цветов, коробку конфет и изящную фигурку из хрусталя, изображающую «Весы» – знак зодиака Ани. На презенты ушли все его сбережения. Шлангин тайком от отчима побрызгался его туалетной водой, надел новую рубашку и кроссовки, после чего выскользнул из дома.

Теперь главное – не опоздать к ребятам, которые ждали его у стадиона. Интересно, что там такого они задумали? Может, планируют сделать какое-то оригинальное поздравление девушкам и хотят, чтобы он тоже поучаствовал?

Троица была в полном сборе. Но, в отличие от Димы, ни у кого из них не было при себе цветов, и Шлангин в своих новых кроссовках и с букетом хризантем, благоухающий парфюмом отчима, почувствовал себя как-то по-идиотски. Потом его взгляд упал на пакет, который держал в руках Черкашин, на пластиковые стаканчики, аккуратно расставленные на облезлой скамейке, и он все понял.

— Разогреемся перед праздником, – подтвердил его догадки Черкашин. Он деловито разлил по стаканчикам прозрачную жидкость из мятой пластиковой бутылки без какой-либо опознавательной этикетки.

— А что это? – спросил Дима, подозрительно глядя на пузырьки, устремившиеся к поверхности стакана.

— Швепс с водкой, – с важностью пояснил Ковальчук. – Ну, давайте. За дружбу.

Шлангин неуверенно посмотрел на стакан, потом на Арсена. Тот кивнул с серьезным видом.

— Ты че, не мужик, что ли? – насмешливо поинтересовался Черкашин.

«Если я не выпью, они меня засмеют, – пронеслось у Димы в голове. – И все начнется сначала».

Глубоко вздохнув, он взял стаканчик и, чокнувшись с ребятами, резко опрокинул его в себя. Горло мгновенно обожгло, в нос ударили газы швепса. Дима закашлялся, а троица засмеялась.

— Ничего, всегда так бывает в первый раз, – понимающе кивнул Лаликян. – Давай еще по одной, а то холодно…

После второй стопки крепкого коктейля по жилам Димы стало растекаться приятное тепло, в голове появилась легкость. Он даже начал шутить со своими новыми друзьями, и впервые за несколько месяцев (а то и лет) на его лице появилась улыбка.

После второй была третья и четвертая. Если бы Шлангин был повнимательнее, он бы заметил, что лишь он один выпивал свою дозу сразу. Остальные парни лишь делали пару глотков, и их стаканы были почти всегда полные.

На тот момент Шлангин уже испытывал легкое головокружение, ему хотелось сесть. Потом он захотел в туалет. К его изумлению, походка его стала шаткой, перед глазами все расплывалось. Споткнувшись, он упал прямо в сугроб, что вызвало у троицы новый приступ смеха. Удивительно, но Диме тоже стало весело. С трудом поднявшись, он, качаясь, вернулся к «друзьям». Мысли об Ане и словах, которые он так тщательно готовил все это время, куда-то испарились. Его развезло.

Чья-то рука протянула ему очередной стакан, заполненный так, что с него текли струйки, капая вниз.

— За дружбу, – откуда-то сверху послышался ехидный голос Черкашина.

— Давай, Шланг, по полной! – заулюлюкал Ковальчук.

— Я… не Шланг… – едва ворочая языком, пробормотал Дима.

— Пей, – велел Лаликян.

И он выпил. Откуда-то слышались смешки и торопливый шепот «друзей», потом его куда-то потащили.