Книга Класс. История одного колумбайна, страница 94 – Павел Астахов

— Я слышала, – безучастно отозвалась Вера. – Артем… ой, простите, Артемий…

— Если вам удобно, называйте меня Артемом.

— Понимаете… я не хочу показаться черствой и эгоистичной… Но он отпустил мальчика. Почему бы вместе с ним не отпустить мою дочь?! Ведь она еще совсем ребенок?!

— Возможно, Свободин дал какие-то инструкции школьнику. Он решил, что ваша Настя может что-то перепутать. В любом случае сейчас остается только ждать. Как только начнутся переговоры, нужно добиваться освобождения самых маленьких детей. По моим сведениям, помимо Насти в классе еще один мальчик из младших классов.

— Возможно, я скажу неожиданную вещь, – проговорила Вера, невидяще глядя перед собой. – Но я уверена, что с ролью переговорщика отлично справились бы… именно вы.

Павлов не успел ответить из-за пронзительного выкрика одной из женщин:

— Вон! Вон, смотрите, это мать того самого выродка! И ее дочь! Это их ублюдок сейчас там, в школе!..

Все повернули головы. Из-за полицейской машины показалась фигура женщины, которая вела за руку худенькую девочку. Это были мать и сестра Дмитрия Свободина.

После единственного и крайне неудачного разговора с Дмитрием Котляр задал еще несколько уточняющих вопросов юному школьнику, которого Свободин отправил к нему для установления связи. Увы, диалога со стрелком пока не получалось.

Но что самое ужасное, паренек подтвердил опасения полковника – по роковой случайности выстрелом снайпера был убит учащийся школы. К тому времени, когда Свободин выпустил заложника, на столе оперативного штаба уже лежал список учащихся, удерживаемых террористом. С целью идентификации ребят были использованы социальные сети, где быстро нашлись нужные фотографии.

Мальчик опознал погибшего, которым оказался Привалов Игорь, ученик 10-го «Б». Кроме того, школьник сообщил, что помимо этого в ходе возникшей потасовки была убита еще одна девушка. Значит, в классе уже два трупа.

Котляр понимал, что рано или поздно эта информация распространится среди гражданских лиц, которые собрались у школы, в том числе родителей заложников. Страшно было представить реакцию родных погибших, особенно если принять во внимание, что в смерти парня, по сути, виноват он, отдавший приказ снайперу.

Выбросив в окно «коктейль Молотова», Свободин какое-то время маячил у окна, держа за волосы одну из заложниц. Об этом снайпер незамедлительно информировал полковника. Убедившись, что на этот раз речь идет именно о террористе, Петр Геннадьевич приказал открыть огонь. К сожалению, пуля лишь ранила убийцу, и окно после неудачного выстрела моментально закрыли жалюзи. Впоследствии снайпер объяснил промах сильным порывистым ветром. Котляр не винил бойца. В таких ситуациях всегда возможны форс-мажоры. Но лучше, чтобы их не было…

— Продолжайте вести наблюдение, – велел он по рации, и снайпер, подтвердив получение приказа, отключился.

Петр Геннадьевич вернулся в автобус, где началось экстренное совещание руководства силовых ведомств.

— Товарищ полковник, вот данные на злодея, – скороговоркой выпалил капитан, сунув ему лист-«оперативку» на Свободина, еще теплый после принтера. – В 2018 году закончил эту школу… Отец умер, есть мать и сестра, а также отчим…

— Хорошо, я посмотрю, – оборвал подчиненного Котляр. – Я вижу, у нас новые лица? Начальство ГУВД приветствую. Здравия желаю, Сан Саныч.