Книга Наследники, страница 94 – Павел Астахов

Встреча была назначена на четыре часа у Репинского фонтана на Болотной площади. Есении очень не хотелось тратить время на поездку, но в данном случае от ее желаний мало что зависело, и она нехотя согласилась.

До четырех еще оставалось семь минут, и она с рассеянным видом прохаживалась вокруг фонтана. Глядя на тугие струи воды, бьющие из чугунных насадок, она неожиданно вспомнила, как в далеком детстве отец водил их с Генрихом гулять по этим местам.

«Этот фонтан строили пленные немцы после войны, – рассказывал он притихшим детям, которые слушали отца с открытыми ртами. – Чаша фонтана изготовлена из переплавленных немецких орудий, которые были захвачены у фашистов…»

Настойчивое треньканье мобильника вернуло Есению к реальности, и она полезла в сумочку за телефоном. И очень удивилась, когда услышала голос брата.

— Привет, сестренка, – раздался знакомый хриплый голос.

— Здравствуй, Гена. Не ожидала тебя услышать.

— Почему? Разве мы чужие друг другу? – усмехнулся Генрих.

— Нет, просто ты очень редко объявляешься сам. В основном я всегда ищу общения и встреч. А тут – цветы перед выездом… Что-то случилось?

— Со мной – нет.

— Опять сон страшный видел?

— Перестань, глупая. Я сегодня просматривал прессу. Процесс, затеянный адвокатом твоих оппонентов, получил общественный резонанс. Я так понимаю, твои доверенные люди под арестом?

— Да, – с плохо скрытым раздражением ответила Есения. – Хорошо, что пока под домашним.

— Это всего лишь вопрос времени. Статья, которая им светит, предусматривает срок лишения свободы до десяти лет.

— Ну и что?

— Ты ничего не понимаешь? – воскликнул Генрих, тоже начиная терять терпение. – Они тебя сольют! Думаешь, эта семейная пара будет выгораживать тебя, а сами тянуть лямку? Ничего подобного! Следствие, как огромная голодная тварь, сожрет их всех, прихватив тебя на десерт! Превратит в муку, как жернова мельницы! И даже не заметит, только пыль стряхнет!

Есения устало прикрыла веки.

— Что ты предлагаешь?

— Они больше не нужны, – сказал Генрих после небольшой паузы. – Как и адвокат.

— Ты о Павлове?

— Не нужно лишних фамилий, – предупредил Генрих. – Разве в твоем деле есть другие адвокаты, заслуживающие внимания?

— Хорошо, не горячись.

— Я тебя предупреждал, что с этим юристом нужно держать ухо востро.

— Отличный совет, дорогой братец. Наверное, я немного усмирю твой пыл, сказав, что именно сейчас встречаюсь со специалистом, который поможет мне организовать отвод этого чрезмерно активного юриста.

В трубке повисло молчание, затем Генрих осторожно спросил:

— Ты справишься?

— Надеюсь.

— Да, будем надеяться. И что будет, когда произойдет выход адвоката из дела?

— Тогда мне проще договориться с наследниками. Уж с двумя старыми пугалами я разберусь. Проблема в том, что мой товар отправлен на экспертизу, которая стопроцентно подтвердит его подлинность. Филькина грамота, с которой взяли моего человека в аэропорту, уже не прокатит. Поэтому пускай старухи получат весь товар обратно. А как только адвокат выйдет из дела, за них возьмусь я.

— Это все очень рискованно, – с сомнением протянул Генрих.

— У меня нет выбора. Я пообещала клиенту, что сделка состоится, – с досадой сказала Есения. – Назад отыграть не получится.

— Милая моя девочка. Еще не поздно одуматься и прекратить весь этот театр абсурда, – медленно произнес брат. – Если ты бросишь все прямо сейчас, у нас есть шанс выйти из дела без каких-либо последствий. Фиг с ними, с твоими клиентами. Лучше потерять на сделке миллион евро, чем свободу. Тюрьмы я не переживу.