Книга Адепты Формы, страница 42 – Ярослав Кирилишен, Алена Ламберт

Женщина задумалась.

— Элиза фон Тальхайм — теперь очевидно. Карл Габсбург-Фальк в Вене — возможно, его случай тоже заметен. Томас Келлер в Цюрихе… — она провела пальцем по списку. — Шесть-семь потенциально видимых. Остальные были тише.

— Нужно предположить, что орден знает обо всех, — мужчина задумался. — Вопрос: что они будут делать дальше?

— А что будем делать мы? — сурово спросила женщина.

— Как обычно… поработаем дистанционно, — протянул мужчина, затем порылся в сейфе, бросил на стол несколько паспортов, установил код на самоуничтожение при вскрытии дверцы.

* * *

Агата вела Адама из школы домой. Обычный маршрут — пятнадцать минут пешком через парк. Осень, опавшие листья, холодный ветер.

Адам болтал о школе, о новой учительнице по математике, о контрольной, которую написал на пять. Агата слушала вполуха, улыбалась, кивала.

И замечала.

Мужчина в темной куртке. Метрах в тридцати за ними. Шел не быстро, не медленно. Обычным шагом.

Агата видела его третий раз за неделю.

Первый раз — в супермаркете. Стоял у стеллажа с хлебом, смотрел в телефон. Ничего подозрительного, но она запомнила лицо. Мужчина лет сорока, короткая стрижка, спортивное телосложение.

Второй раз — тот же мужчина сидел в машине через дорогу возле детского сада. Это было позавчера. Двигатель работал. Когда она вышла с Адамом, машина уехала.

Может, и совпадение. Варшава — не маленький город, но район небольшой.

Но третий раз — сейчас. Он шел за ними через парк.

Сердце забилось быстрее. Дыхание участилось. Она чуть сильнее, чем следовало, сжала руку Адама.

Страх. Холодный, липкий страх.

— Мам, мне больно, — вскрикнул мальчик.

— Извини.

Агата ослабила хватку, заставила себя дышать ровно и думать.

Антон в Будапеште. Звонить бесполезно — он далеко, в любом случае ничем не поможет. Полиция? Что сказать? «За мной следит мужчина»? И что? Может, он просто живет в этом же районе.

Нет. Это не совпадение. Она знала. Чувствовала.

— Адам, — предложила она спокойно, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Хочешь мороженого?

— Сейчас? Холодно же.

— Ну и что? Пойдем в кафе, посидим.

Мальчик обрадовался. Агата свернула с маршрута, направилась к маленькому кафе на углу, не оглядывалась. Шла естественно, как будто ничего не заметила.

Зашла внутрь. Посадила Адама за столик у окна, спиной к улице.

— Выбирай, что хочешь. Я сейчас.

Она подошла к барной стойке, заказала мороженое и кофе, потом, как бы невзначай, посмотрела в большое витринное окно.

Мужчина стоял через дорогу, достал телефон, сделал вид, что разговаривает.

Агата развернулась, села рядом с сыном спиной к окну. Достала свой телефон. Руки дрожали. Она сжала их под столом. Потом сцепила руки, заставив себя успокоиться. Нельзя показать сыну, что она боится.

Нельзя паниковать. Нужно быть умнее.

Агата открыла камеру телефона, сделала вид, что фотографирует Адама с мороженым, на самом деле сняла улицу за окном. Мужчина в кадре. Не идеально, но видно.

Адам доел мороженое, посмотрел на нее.

— Мам, ты не пьешь кофе.

— Сейчас.

Она сделала несколько глотков. Холодный уже. Невкусный. Но руки перестали дрожать.

— Пойдем домой?

— Пойдем.

Она заплатила, вывела Адама на улицу.

Мужчина исчез.

Агата огляделась. Улица, машины, прохожие. Его нигде не было.

Может, ушел. Может, понял, что его заметили.