Книга Новая жизнь Аделин, страница 11 – Елена Княжинская

С одной стороны, Аделин была своего рода хранительницей этих мест, с другой – наследника родила не она, а Агнес. Следовательно, у сестры должно быть не меньше прав, чем у меня. Может, стоит перепоручить часть забот ей? Хорошая, идея, но что-то мне подсказывало, что она не справится. Ни сил, ни опыта ей не хватит, а желания заниматься делами у нее и подавно нет.

— Фрайя, – напомнила о себе служанка, – я принесла покрывало.

— Входи.

К ее приходу я успела привести себя в порядок. Благо кое-что из удобств имелось прямо в спальне, за неприметной дверью. Хорошо хоть по нужде не придется всякий раз бегать во двор. Умыться можно над тазиком водой из кувшина. Принять ванну уже не получится. Баня или купальня была только одна и располагалась на первом этаже. Так было в книге, а что на самом деле, я не знала.

Служанка помогла мне одеться. Я с пяти лет привыкла собираться сама, а тут пришлось терпеть. Хорошо хоть женщина делала все быстро и молча.

Сорочка из тонкого хлопка и черное шерстяное платье сели точно по фигуре. Черное покрывало Вилда (благодаря памяти Аделин, я знала имена и лица всех, кто работал в замке) закрепила заколками, оставив волосы распущенными в знак траура. Чулки и кожаные то ли закрытые туфли, то ли полуботинки на низком каблуке я надела сама.

— Белила? – уточнила служанка, протянула мне баночку с порошком.

Я взглянула на новую себя в зеркало и решила, что и так достаточно бледна. Покачала головой.

Мы спустились в трапезную. За длинным столом уже расположились Готфрид, две женщины лет сорока и с десяток мужчин. Последние встали, едва я вошла в комнату. Массивные стулья заскрипели по каменному полу.

Я кивнула присутствующим, села. Место моего супруга, как и место напротив, пустовали.

— Агнес спустится?

— Фрая плохо себя чувствует и просила простить ее, – ответила одна из женщин. – Так переживает, бедняжка.

— Как бы молоко не пропало, – вторила ей другая. – Придется тогда искать кормилицу.

Словно услышав их слова, заплакал ребенок. Сначала негромко, почти робко, но с каждым мгновением все требовательные и настойчивее. Я привстала со стула и снова села. Наверное, не стоило бросать все и бежать на помощь малышу. У него была мать, да и не по статусу мне так себя вести. И все же сложно было делать вид, словно ничего не происходит.

Ладно мужчины, но женщины поступили именно так: подвинув тарелки, охотно ели, негромко переговаривались друг с другом.

Ребенок заплакал громче. Я сдалась. Позвала Вилду и попросила сходить к сестре. Пока же пыталась хоть что-то съесть. Вчера вечером, во время поминального ужина, кусок в горло не лез. Завтрак, судя по положению солнца на небосклоне, я проспала. Силы мне еще пригодятся, но пока все мои мысли были там, рядом с племянником.

Служанка вернулась только десять минут спустя. Наклонилась ко мне и шепотом поведала о том, что Агнес оставила малыша одного, а сама заперлась в комнате Берхарда. Не откликнулась, когда Вилда позвала ее.

— Что с Бердом? – уточнила так же негромко. Видела, как женщины навострили уши в ожидании сплетен. Кто они такие и что забыли здесь?

— Грета присмотрит за ним, не волнуйтесь, фрайя.

Я кивнула. Еле дождалась окончания обеда, простилась и поспешила наверх с твердым желанием поговорить с сестрой. Память Аделин подсказала, куда идти.