Книга Там, где живут цветы, страница 6 – Анна Полякова

С глубины донеслось протяжное мычание.

Странно. Что она там делает?

Прошла на звук, приоткрыла осторожно дверь.

Картина маслом. Марта, прыгая на одной ноге, с огромными бигудями по всей голове, в одном лифчике пыталась натянуть чулок. Тот не поддавался, уворачиваясь из цепких пальчиков, увенчанных длинными ярко-розовыми когтищами, как у упыря. Картина была до того смешной, что я рассмеялась от всей души, ухохатываясь до коликов в животе.

— Чего ржёшь?! Лучше бы помогла! — обиженно просопела подруженция. — Видишь, у меня ногти!

— Вижу… у-у-у… — утирая слёзы, проговорила я. Новый приступ смеха сотряс маленький уютный вагончик, увитый цветочными шапками.

— А ты это, когти-то с вампира сняла что ли? И где нашла такой яркий цвет лака? Это тот, который ты купила выкрасить забор, да? — я уже не могла смеяться, живот болел жуть как, воздуха почти не осталось. Слёзы заливали лицо. Это да. Даже моя драма ушла на второй план после увиденного. В комнатушку пролезла Джеки и начала заливисто гавкать в унисон моему смеху.

— Между прочим, кроме тебя об этом никто не знает! А что делать, если у госпожи Жу нет нужного оттенка?! А в столице, между прочим, это последний писк!

— Последний… ха-ха-ха… писк? Это да, писк, допустим, действительно может быть последним. Умрёшь от смеха!

Подруга, сдув выбившийся от попрыгунческих усилий локон, разъярённо смотрела в ответ. Локон не хотел никак возвращаться обратно в бигудину. Повторная попытка приструнить его ни к чему не привела. Раздухарившись, она чуть сильнее натянула лосины и с радостным:

— Фух! — выпрямилась и встала. Повернулась вокруг своей оси. — Зацени, а!

— Мне кажется, или это на два размера меньше, чем нужно? — заметила я.

— Да что ты понимаешь вообще! Смотри, как живот утянуло! А бёдра! — тряхнув головой для пущей убедительности, она выставила ножку.

Фшу-у-ух. Бигудина спланировала с головы словно выпущенный из пращи камень.

— Вот чёрт! Ещё рано! — и резво нагнулась поднять нарушительницу регламента создания невероятных кудрей.

В этот момент раздался звук: Крррр!

— Ты это тоже слышала? — спросила я.

Та выпрямилась, с лица, казалось, ушла вся краска.

— Только не это, пожалуйста, пожалуйста, Боженька, не сейчас! Только не сейчас! Я же за них на распродаже нашей Василене в лицо сумкой ка-а-ак засветила. Умоляю, сжалься.

— Повернись! — приказала я.

— Нет, нет, нет! Только не это! — причитала подруга и в ответ смотрела на меня глазами волшебного котища.

— А что ты хотела? — спустила её с небес на землю. — Ты чем думала, беря на два размера меньше?!

— Чем, чем… — ворча, повернулась.

Сзади, во всю центральную часть попы, разверзлась рваная дырища, так что округлые увесистые полупопия прекрасным образом выглядывали наружу.

— А что! — закрыв лицо рукой и пытаясь со всех сил сдержать рвущийся из нутра смех. — Может, оставишь так?! Так сказать, ловить на живца! Зато все прелести сразу на виду! Не в бровь, а в глаз!

Та провернулась чуть назад, обозрела открывшееся эротишшное зрелище, подошла к зеркалу, обозрела детали и… села на корточки и как давай выть, как баньши в период гона!

— Эй! Ну ты чего?! Марта!! Марта-а-а! — помотала её за плечо. Та не реагировала, продолжая голосить.

— У Яромира новое увлечение, — с места в карьер мрачно начала я.