Книга Укрощение строптивой, или Ректор, ты попал!, страница 12 – Ксения Никонова

— А как же…

— Ваша «сестра» тоже подходит. Если только вы не покрываете преступницу, её настоящая фамилия не играет большой роли. Многие девушки приходят учиться под вымышленными именами. Кого-то не отпускают родители, кого-то мужья. У вас кто?

Я сжала зубы. Ругаться не подобает юной леди.

— Да вы не переживайте. Наш ректор милорд Ливартис всегда встанет на защиту студентки. Проживать будете на территории академии, постороннему сюда не так просто проникнуть. Прямо сейчас идите к коменданту, он распределит вас по общежитиям. Там же получите форму.

Я выскочила из аудитории, не дослушав, как расписывают эту сволочь. Ненавижу!

Мы шли по мощёным дорожкам, извивающимся между строениями академии. Явно не для моих каблуков эти дорожки. Я очень жалела, что на мне расшитые серебром бархатные туфельки от придворного башмачника, обошедшиеся моему папаше в круглую сумму. Так и тянуло наподдать по красивым камушкам, выложенным в спиральный рисунок. Вместо этого приходилось осторожно ступать, выбирая место для каждого шага.

— А этот гад оказывается благодетель. Ревнитель женских прав, либерал. Какого они высокого мнения о своём ректоре! Кажется, пора этим несчастным рассказать всю правду: и про права, и про либеральные замашки. И про передовые взгляды на брак.

Ну я ему покажу! Ох, он у меня поплачет!

— Ди, стой! Куда ты? — окликнул меня Шейни у дорожки, ведущей к воротам.

— К Кларе, куда ещё.

— А как же общежитие? И форма?

— Мне найдётся, где жить. А форму потом возьму. Может быть, и без неё обойдёмся.

— Но ты не дослушала. Это обязательное условие — жить в академии.

— Ха! — фыркнула я.

— И за обучение нужно платить.

— Ха ещё раз. Сколько?

— Сотня золотых в год.

— Не так уж и много, — пожала я плечами, невольно вспомнив вчерашний кошель, отданный на кутёж.

Там конечно не сотня была, монет тридцать всего, но больше у меня всё равно нет.

— Раздобуду, — отмахнулась я, почёсывая запястье. — За две недели обучения много ли набежит.

Надо будет озаботиться тем, чтобы скрыть брачную печать. Лишние вопросы мне ни к чему.

— Но зачисление происходит по факту оплаты первого семестра.

— Шейни, будь добр, не зуди. Давно ли ты стал таким прилежным студентом?

— Ты что-то придумала?

— Нет. Но обязательно придумаю.

Печать вдруг невыносимо зачесалась, болезненно пульсируя и обжигая.

— Да что за? — выругалась я и вдруг услышала, что за соседним кустом кто-то воскликнул то же самое.

Стремительной походкой, в развевающейся мантии на нас налетел преподаватель, явно не ожидавший, что двое новоиспечённых студентов перекроют ему дорогу. На нас он не смотрел, потому что изучал что-то на своём запястье, яростно его потирая.

«Мать моя! Это же Ливартис…» — мелькнуло в голове за секунду до столкновения.

— Леди, вы ко мне⁈ — остановился он, придержав меня за плечи. — Очень рад.

— Не могу сказать того же. Вовсе мы не к вам, — процедила я, попытавшись вывернуться, но он не пустил.

— Я… подождите. Нам необходимо срочно переговорить.

— Мне не о чем с вами говорить.

— Очень даже есть, — сузил он глаза и открыл телепорт.

— Шейни, ну что ты стоишь⁈ — притопнула я и чуть не упала, сковырнувшись с круглого камушка прямо в руки гадского Ливартиса.

— Милорд… — шагнул к нам Шейни, но не успел.